Еще одной причиной моего спокойного сна, можно было смело назвать усталость. Двое суток без сна, а то и больше, сами собой накладывали отпечаток не только усталости, но и легкого тумана в мозгах. Так что, не смотря на раннее для сна время, я тогда и отправился на боковую.
Как следствие проснулся, когда за окном все еще властвовала ночь. Далекие звезды с холодной отчужденностью взирали на нашу погрязшую в грехе землю. Пару минут я просто лежал в постели, наблюдая за этими сияющими, далекими и чуждыми человеку светилами.
Но лежать и втыкать мне быстро наскучило, а потому перевернувшись на спину, я сладко потянулся всем телом, приводя мышцы в тонус. Не забыл поиграться напряжением и расслаблением мышц, чтобы в случае чего они были готовы действовать. Простой прием, показанный мне еще отцом, уже давно вошел в естественный распорядок ежеутреннего ритуала.
А дальше умыться, почистить бивни, что зубами зовутся… Короче, проснуться. Михаила в номере мною замечено не было, что заставило меня насторожиться. А ну как, пока дрых без задних ног, какое приключение проспал. Будет обидно.
Одетый в спортивный костюм, я с чашкой кофе, левитирующей у моего левого плеча, вышел на улицу, и бегло осмотревшись, вновь потянулся, полной грудью вдыхая запах хвойного леса, что раскинулся вокруг. Ох! Как же я люблю этот запах. Просто кайф! Сразу какой-то свежестью и уютом, окутывает сознание.
- Хорошо! – Довольно жмурясь, прошептал я одними губами, после чего сделал несколько небольших глотков, пышущего паром бодрящего напитка.
Волна бодрости неспешно прокатилась по организму, подгоняемая ускоренной циркуляцией энергии в энергоканалах. Такой способ позволял организму скорее прийти в тонус.
- Проснулся? – Услышал я позади себя голос наставника, приблизившегося ко мне мягким шагом. А самое интересное было, что я не то что не услышал его приближения, но даже не почувствовал его. Более того, только в тот момент я понял, что и не ощущаю его энергию жизни. А это было уже очень и очень странно.
- Ага. – Вяло ответил я, раздумывая над тем, как ему это удалось. – Артефакт?
- Ты о чем? – Уточнил он, вставая рядом со мной и облокачиваясь на перила балкончика.
- Я не чувствую твою энергию жизни. – Пояснил я, после чего отпил еще несколько глотков кофе из чашки.
- А. Ты об этом. – Усмехнулся он, глядя куда-то вдаль. – Это техника. Или ты думал, раз из меня уже песочек сыпется, так я и не тренируюсь?
- Ну, признание своего возраста делает тебе честь. – Хмыкнув, сообщил я ему, с легкой усмешкой на губах. – А вот насчет тренировок, как-то даже не задумывался.
- Сам хоть осваиваешь новые техники? – Уточнил он у меня, продолжая вглядываться в ночную темноту, освещенную лишь светом звезд, да полумесяцем местной луны.
- Да как-то не до этого. – Вынужденно признался я. – Все больше выживанием занят.
- Ну, это вообще полезное занятие. – С грустной усмешкой, прокомментировал Михаил. – Знаешь, Кадет… хотя какой ты уже кадет. Знаешь, Патя, у нас с тобой такая жизнь, итакая работа, что рядом всегда ходит костлявая старуха. Ее коса постоянно где-то рядом. Я вижу, что не смотря на то, как ты хорохоришься, тебе паршиво.
Он замолчал, после чего повернулся ко мне, вставая в пол оборота, так чтобы была возможность и на меня смотреть, и продолжать следить за окружением.
- Рядом всегда гибнут люди. Так уж повелось с начала времен. Люди рождаются, живут, а потом уходят. Кто-то раньше, кто-то позже. – Продолжил он свой наставнический монолог. – А в нашем с тобой деле, люди гибнут чаще. Ты был на войне, ты видел ее ужасы, видел смерти невинных. И ты в этом винишь самого себя.
- Да, не то чтобы, виню. – Тяжело вздохнул я, допивая свой кофе и подхватывая чашку телекинезом. – Скорее понимаю, что в этом есть и моя вина.
- Нет, Патя. Вот скажи, ты сделал все, что мог для их спасения? – Пристально глядя мне в глаза, спросил он.
- Да, но мог больше. – Ответил я, потупив взгляд, как нашкодивший щенок.
- Всегда будет казаться, что мог сделать больше. – Тяжело вздохнув, сказал Котов. – Но если ты каждый раз будешь рефлексировать по поводу утрат, своих ошибок и прочего дерьма нашей жизни, ты просто рано или поздно сломаешься. И кому от этого будет лучше?
Между нами повисла тягучая тишина, во время которой, я пытался осознать сказанное Михаилом. Он был прав. Если рефлексировать каждый раз, то проще забиться в какую-то нору и просто сидеть там, боясь даже нос высунуть.
- Врагам. – На выдохе ответил я, поворачиваясь в сторону полигона, где сквозь ночную темноту виднелись остовы прогоревших зданий и автомобилей.
- Вот именно. – С грустью, добавил наставник, вновь опираясь на кованые перила и устремляя свой взгляд вдаль. – А смерть товарищей, Патя, это не повод жалеть и стенать, винить себя в чем-то, это мать его, ответственность. Они погибли – ты выжил, так будь добр жить и за них тоже.
- Марго… - Произнес я, едва слышно, пытаясь осознать услышанные слова, а больше их значение.
