Довольно и удовлетворенно урчала внутри него тьма, наконец-то безоглядно упиваясь чьей-то болью. Даже жаль, что ресурсы этого тела скоро не выдержат и сердце просто взорвется от избытка боли, да и внутренние органы уже повреждены полностью…
— Довольно, прошу…
Он слышал ее шаги еще когда Инди была в коридоре. Не сама, в сопровождении всех охранников, которые окружали его жену. Но сюда она вошла одна, остальные не рискнули бы.
— Ты ведь уже узнал все, что хотел? — легко-легко тонкие пальцы легли на его плечо.
Забавно, будто она опасалась, что он не выдержит болезненности ощущения ее истинного касания. Видимо, Инди все еще пугали гематомы, появляющиеся на коже Ройса. Не больше, чем его приводили в ужас следы собственных рук на коже любимой, впрочем.
— Он категорически не соглашается содействовать, — хмыкнув, Ройс отвернулся от корчащегося в муках пленника и, так же нежно перехватив ее руку, поднес ладонь жены к губам. — Не сказал ни слова…
— Ты же все равно выяснил все, что тебе было нужно, — Инди старалась смотреть только на Ройса, и усиленно НЕ смотрела ему за плечо.
Тьма затянула комнату сильнее, словно отделяя их от того, что за его спиной, однако и не скрывая целиком.
— Не совсем. Но не похоже, чтобы он в принципе знал то, что мне нужно, — чуть недовольно, позволив этому раздражению упасть на пленного, вырвав из раздробленной грудной клетки новый хрип, но и краем не затронув всем этим Инди, посетовал Ройс. — И все же кое-что я почерпнул из его головы, это правда. И он точно не стоит сочувствия. Этот человек был готов без всякой жалости убить тебя лишь в угоду своей хозяйке, — он специально не назвал мать Инди по имени, но они оба понимали, о ком речь.
Да и не сделать ударение на случившемся, Ройс не мог — Инди должна была хорошо понимать, что угроза от Катализы еще не исчезла, беспечность он больше не проявит.
Хотя даже Ройс, многое видевший за жизнь и странствия по мирам, не мог уложить в сознании подобную ненависть матери к своим детям и фанатичное желание их уничтожить. Он слабо помнил собственную родительницу, та умерла, когда они с братом были слишком малы. Но он преданно и искренне любил младшего брата, единственного родного человека, и его гибель оставила глубокую рану в душе Ройса. Катализа же посягала на то, что теперь было для него бесценным.
— Тебе не стоило приходить, сияние мое, — ощутив, как она вновь вздрогнула и метнулась взглядом, будто непроизвольно посмотрев вглубь камеры, заметил Ройс.
— Ты… — она замолчала, посмотрела в пол им под ноги, словно слова подбирая. — Хочу быть с тобой и разделить то, что ты берешь на себя… И так слишком много.
Его как пронзило разрядом молнии от этих тихих, явно непросто давшихся ей слов и решения. Разве не за это Ройс и был когда-то покорен принцессой? Безотчетно полюбил за эту преданность, за само то, кем являлась Инди.
А ведь могла оставаться в покоях, наслаждаясь комфортом, спокойствием и тем умиротворением, которое должна была бы получить с возвращением своей силы, разве нет? И страх… Его не было. Ни толики ужаса или дрожи перед тем, кем Ройс теперь был. Только принятие.
И, с другой стороны, он был только счастлив, когда она рядом. И спокойней, вот уж точно! Даже оставив с ней самых верных своих людей, Ройс до конца не избавился от сомнений в эффективности любой защиты для Инди. Когда-то и он не сумел…
— Ты не обязана, Инди. Достаточно того, что я теперь нуждаюсь в подобном. И я понимал, на что шел, — твердо ответил Ройс, отметая этот довод. — Замерзла? — ощутил ее дрожь и какую-то скованную попытку передернуть плечами.
— Здесь не жарко, — было заметно, как она принуждает себя улыбаться. — Но с тобой все равно теплее.
— Пошли наверх, тебе стоит согреться. Да и время обеда. Марти часто устраивает их многолюдными, потакая придворным. Но сегодня я запретил, пусть сидят по своим покоям. Не потому что я не люблю такое, хоть и это правда, — хмыкнул он. — Но, после всего, сегодня так лучше. Пока не проверим всех. Однако тебе необходимо поесть, — решил за жену.
Ройс переплел их пальцы, все еще до миллиметра контролируя усилие, с которым держал руку любимой, хоть, казалось, теперь ей легче выносить его касания, и вышел в коридор, ведя за собой и Инди, уже не позволив ей ни увидеть, ни услышать, как эта тьма душит пленника, впитывая последние крохи мучительной боли. Он действительно выяснил все, что мог здесь узнать вообще. Теперь было необходимо как можно скорее проверить сведения, что Катализа прячется рядом.
Это было НЕприятно, несмотря на то, что Инди вернула свои воспоминания и силу; независимо от того, что, будучи принцессой, прекрасно понимала необходимость подобных… жестоких мер. Даже уже имеющийся опыт столкновения с насилием и собственной смертью, гибелью близких не облегчал какого-то ужасного ощущения беспомощности и бессилия, когда холодеют все члены, и противная дрожь собственной слабости внутри.
