И я не выдержала. Я и так с трудом держалась, но – терпение кончилось. Внутри натянулась до предела и лопнула невидимая струна. Взревел, полосуя когтями воздух, зверь с человеческими глазами. Разлетелось на кусочки невидимое зеркало, звеня осколками. И я коротко рассмеялась. То есть уже – не я. Уже – Он. Зверь смотрел на мир моими глазами. Двигался в моем теле. И хищно скалил зубы на окружающих. Кого порвать на части?! Кого уничтожить первым?! Но сначала – девчонка.
Я прищурилась. Я отлично видела приказ – проклятие, лежащее на ней. Протянуть руку, скомкать его и сдернуть, как грязную тряпку труда не составило. Всё. Этого хватит. Она оправится. А Славка? Но разве я смогу сейчас лечить? Нереально. Только убивать.
Вот этим и займемся.
И я повернулась к Альфонсо.
– Ты хотел убить моего брата.
Почему от меня шарахнулся в сторону Вадим? Почему побледнел еще сильнее Валентин? Но меня это уже не волновало. Что может волновать зверя – кроме смерти врага? Медленной смерти! Мучительной! Восхитительно пряной и острой, чуть горчащей на языке и покалывающей губы. Я шла на Альфонсо незнакомой мне свободной походкой. Все тело было расслаблено – и в то же время каждый нерв пел, как виолончель, готовый в любую секунду дать единственную команду – убить!
Альфонсо расхохотался мне в лицо.
– Ты, шлюха, что ты можешь сделать?!
Я мило улыбнулась в ответ. И взмахнула рукой как хлыстом. На миг мне показалось, что из моих пальцев растут длинные и острые невидимые когти.
– Ты поднял руку на моих людей!
Альфонсо отнесло к стене и впечатало в нее с таким хрустом, что с потолка посыпалась штукатурка.
Я скользнула следом – и остановилась на расстоянии – вытянутая рука плюс шаг. Альфонсо не мог достать меня. Я его тоже. Руками или ногами. Но вот когти, хотя и невидимые – они вполне доставали. Я улыбнулась. Все пять когтей правой руки сомкнулись на горле вампира – и чуть сжались. Не убить. Придержать. Пока…
Как ни странно, коготки оказались вполне осязаемы. Для Альфонсо. Он замер под моей рукой – и не двигался. И правильно. Я сильно подозревала, что когти, хоть и невидимые, отточены лучше опасной бритвы.
Я поиграла когтями по ауре вампира. Тело они не покалечат. А вот ауру распахать способны только так. А ведь это – как два сообщающихся сосуда. Сделаешь дырку в одном – и из другого вода тоже вытечет. И Альфонсо понимал это.
И страх в черных глазах подстегнул меня – и опьянил, как дорогое вино. Зверь, глядящий моими глазами, чувствовал его, раскатывал на языке, наслаждался…
– Ты убил моего брата.
Альфонсо захрипел.
– А теперь я буду убивать тебя. Медленно. Ты ведь любишь – медленно?
Я издевательски рассмеялась.
– Юля, нет!
Между мной и Мечиславом словно натянулась нить. Зазвенела громко и требовательно. Пропела слова подчинения. Это еще что?! На меня пытаются воздействовать по нашей связи?!
Может, часом раньше это подействовало бы. Но не сейчас. Сейчас я была в том состоянии, в котором наши солдаты во время Великой Отечественной бросались с гранатой под танк. Я умру, но и вас, гадов, со мной зароют! Видит Бог!
Я отвела левую руку чуть в сторону – и погрозила Мечиславу когтем.
– Обрезать? Я могу. И ударит это – по тебе.
Мечислав тут же отпустил струну.
– Юля, не убивай его!
– Приведи хоть одну причину!
– За меня отомстят! Вас с земли сотрут, – прохрипел Альфонсо.
Я погрозила и ему пальчиком левой руки.
– Альфонсик, молчи, пока я еще сильнее не разозлилась. У меня нет твоей квалификации, но на пару дней я твои мучения растяну.
– Твой брат жив, – отчаянно крикнул Валентин. – И Мила жива!
Я перевела взгляд на него. Валентин стоял на коленях рядом со Славкой и был бледен, как смерть.
– Ты мне не врешь?
То ли человеческий голос, то ли рык…
– Юля!
И возмущение в его голосе убедило меня. Он не лгал. Но зверь требовал крови.
Я коротко рассмеялась.
Взвизгнув, на меня бросилась Глорианна. Зря.
Зверь, управлявший моим телом, был необыкновенно быстр. Я взмахнула рукой раньше, чем она долетела до меня.
Я понимала, что мои когти почти полностью нематериальны, они могут воздействовать только на ауру вампира, но…
По комнате пронесся дикий вой. Когти перечеркнули лицо вампирши – и я увидела, как буквально за несколько секунд ее лицо покрывается чем-то похожим на волдыри. Я покалечила ауру напротив ее лица и, по-моему, сильно повредила чакру. Женщина отлетела в сторону – и ее перехватил Вадим. Умничка.
Владимир скользнул к Годвину и поднял пистолет, заряженный святой водой.
– Юля – фамилиар моего господина. Окажи помощь своей сестре, но к Юле – ни шагу. Иначе…
Годвин оказался разумным вампирчиком – и нарываться не стал.
Мое внимание полностью переключилось на бледного Альфонсо. Давно ему, видимо, не доставалось по рогам!
Что ж, надо, надо вспомнить старый опыт. И понять, что женщин обижать не рекомендуется. А то ведь разозлятся – и тогда останки вампира даже по зубам не опознают.
– Альфонсик, ты хочешь жить?
