— Но мадемуазель, правдивость и занимательность далеко не всегда дружно уживаются рядом. Я могу поведать истинную правду — что, к примеру, устал, случайно перелез через забор и прилег отдохнуть, — и тотчас же сделаюсь вам совершенно неинтересен ввиду отсутствия в данном сюжете подлинно высокого романтизма. Если же скажу, что ехал за тридевять земель специально, чтобы только увидеть вас, — наверное, я вас заинтригую. Но… будет ли это правдой?
— А… полуправдой? — Ее большие, какие-то желто-зеленые глаза испытующе уставились в мои карие. И знаете, перспектива проникнуть в Волчий замок наикратчайшим (да и что скрывать — наиприятнейшим в сложившейся ситуации) путем вдруг взяла да и возобладала во мне над доводами разума и соображениями самой элементарной предосторожности.
Нет-нет, естественно, не настолько, чтобы сразу взахлеб выложить этой куколке конечную цель визита, — и все же, черт побери, все же…
— Понимаете, — проникновенно сказал я. — Не хочу дальше темнить — но мне очень, просто позарез нужно встретиться с вашим садовником.
— С нашим садовником? — медленно переспросила она, и взгляд ее был в тот момент адекватен тембру ее голоса. — Простите, а вы… ничего не путаете?
Я хмыкнул:
— А почему это я должен чего-нибудь путать? В замке есть парк и сад, при них состоит садовник — вот с ним-то мне и хочется побеседовать.
Какое-то время девушка смотрела на меня очень странно, едва ли не неприязненно. Потом черты лица ее несколько прояснились.
— Скажите, а вы давно последний раз были в замке? — поинтересовалась она.
— Э-э-э… м-м-м… Видите ли, я здесь вообще никогда не был, — признался я. — Дело в том, что один приятель… э-э-э… м-м-м… просил выяснить…
— У садовника?
Я энергично кивнул:
— Ну да, или же у гайдуков…
— Гайдуков?!
— Гайдуков, — растерянно подтвердил я. — А собственно, что в этом такого?
— Ничего! — Она резко тряхнула головой, и длинные волнистые каштановые волосы, на мгновенье взметнувшись ввысь, вновь рассыпались по загорелым плечам. Потом девушка подозрительно посмотрела на меня. — Скажите, вы в самом деле не знаете?
И тогда я не выдержал.
— Чего? Чего я в самом деле не знаю? — не очень вежливо и галантно рыкнул я. — Вы, голубушка, можете объяснить толком?!
Тонкая рука девушки безвольно соскользнула с ошейника, но пес продолжал стоять спокойно, только покосился на хозяйку, словно спрашивая, не будет ли на мой счет особых указаний. Их, слава богу, пока не было. Надолго ли?
И вот так, молча и неподвижно, она стояла не меньше минуты, и ее длинные гибкие пальцы судорожно теребили края платья.
Потом она внезапно покраснела, потом побледнела, однако наконец начала понемногу приходить в себя, и взгляд ее стал более осмысленным.
— Послушайте, — с некоторой тревогой и, пожалуй, несколько преувеличенным отчаянием в голосе, проговорил я. — Похоже, что-то в моих словах обидело вас или же причинило боль? Ради всего святого, простите, но я действительно не желал ничего такого. Я и хотел-то лишь увидеться…
— С садовником или гайдуками, — стиснув зубы, прошептала она.
— Ну да, — кивнул я. — И это…
— И это, к сожалению, невозможно, — неожиданно громко и сухо сказала странная девушка.
Я помолчал.
— Они здесь что… больше не служат?
Ее чуть припухлые губы вдруг беспомощно и жалко скривились.
— Они нигде больше не служат, сударь.
Я удивился:
— Но почему? Почему?! Они…
— Они… умерли…
— Умерли?..
Знаете, порой я соображаю достаточно быстро — возможно даже быстрее, чем того требуют обстоятельства. Но порой…
— Умерли, — глупо пробормотал я. — Гм… умерли… И что — все?!
— Все. — Ее голос был теперь тих и бесцветен.
— Извините, — как дурак только и нашелся что сказать я. — Конечно же, я не знал, ничего не знал! Если б я только знал…
Она застыла.
— Вы не приехали бы?
Я пожал плечами:
— Конечно бы, не приехал! А впрочем, нет, приехал — я все равно приехал бы, для того, чтобы поговорить…
— Господи! С кем еще?!
— А-а! — махнул я на все рукой — какая уж теперь, к дьяволу, конспирация! — Знаете, тогда я бы сразу явился в замок и встретился с графом.
Она побледнела еще сильнее.
— Графом?!
— Вот именно, — сказал я. — С ним собственной персоной. И между прочим, как раз это я собираюсь сделать сейчас!
Девушка медленно провела рукой по лицу, точно отгоняя наважденье.
— В таком случае, сударь, вам лучше уйти, — еле слышно произнесла она.
Я, в который уже раз, удивился, но и — рассердился.
— Это почему же?! Господин граф заняты и сегодня не принимают?
Клянусь, теперь ее голос доносился словно как, бр-р… из могилы.
— Господин граф уже давно никого не принимают, сударь. Ровно три месяца и двадцать восемь дней назад его зарезал Черный Зверь…
После таких слов мне, признаться, ничего не оставалось делать, как срочно снова усесться на траву.
Потому что ноги держать меня отказались категорически!
Обед, увы, откладывался на неопределенный срок, поскольку Каролина (так звали девушку) решительным и не терпящим возражений тоном заявила:
— Сначала мы с вами пройдем в библиотеку. — И не оставалось ничего иного как согласиться.
