Аркана пожала плечами, понимая, что спорить будет бесполезно. Да и не хотела она ставить под сомнение свои навыки.
— Но у нас всё ещё есть проблема, — начала она, медленно подходя к мужчине. — Скверна.
Вектор сразу же отмахнулся от этих слов, мотнув головой.
— Она — ребенок, и пусть будет хоть трижды его женой, — произнёс он и бросил косой взгляд на Аркану. — Это ничего не изменит.
Аркана лишь хмыкнула, уверенность Вектора во многом поражала её. Его безразличие к Скверне казалось почти легкомысленным, но он продолжил:
— Ты лучше скажи, сколько тебе ещё нужно с ним времени?
Спрашивая это, Вектор стал приближать голограмму, осматривая вооружение на ней, словно искал ответ на конкретный вопрос.
— Месяц, — задумчиво проговорила она, обдумывая возможные сценарии. — Может быть, даже два.
Вектор, не отрывая взгляда от голограммы, чуть нахмурился, обдумывая сказанное. Месяц — это не так уж долго, но и не мгновение.
— Так долго? — саркастически уточнил он, и в его голосе ощущалось недовольство.
Аркану немного задел его вопрос, но она решила не обращать на это внимания, сосредоточившись на действиях своего коллеги.
— Если хочешь, можешь сам попробовать, — сказала она, пожав плечами и продолжая улыбаться.
На это Вектор лишь тяжело вздохнул. Махнув рукой, он сменил голограмму, и на экране появилась карта расположения всей станции.
— Месяц, — твёрдо настоял он, встречая её взгляд. — И не больше.
Его решимость была очевидна, и Аркане не оставалось ничего, как смириться с его решением.
— Как скажешь, — произнесла она, разворачиваясь и направляясь к выходу. — И не забывай мариновать нашего юного императора!
Вектор изогнул одну бровь, не понимая, о чем говорит Аркана. Повернувшись, он посмотрел на нее с недоумением, что не могло не радовать девушку.
— А то почувствует еще волю! — хихикнула она. — И захочет отрубить кому-то из нас голову!
С этими словами девушка покинула его, оставив в полном недоумении. Вектор постепенно осознавал, что юный император успел наговорить Аркане много лишнего — видно, что это и подвинуло её к таким словам.
Вектор вернул взгляд к голограмме, задумавшись над ее словами.
Гул реакторов наполнял корабль ровным ритмом, словно биение огромного металлического сердца. «Кронос» шел на крейсерской скорости, рассекая пустоту сектора 47-Р. Прошла неделя с последнего задания — столкновения с пиратским флотом, которое мы успешно завершили. Мне, можно сказать, повезло: отделался парой ушибов и синяков. А вот моей заместительнице, Тэне, досталось куда сильнее. Она потеряла слишком много крови, а раны…
СИСТЕМА имеет свои странности. Порой её механика работает так, будто сама не знает собственных правил. Навыки и бонусы могут срабатывать не так, как ожидаешь, границы их применения размыты, а порой они и вовсе остаются в тени, потому что их последствия непредсказуемы. Это наследие «Кольца Небулона» — ещё с тех времён, когда никто не подозревал, что за сущность скрывается за их разработками. Федерация пытается исправить эти изъяны, но СИСТЕМА уже слишком устоялась, и даже её создателям едва ли под силу что-то изменить.
К чему это я? Обычно боевые бонусы, усиливающие урон, действуют лишь на тело пользователя и его личное оружие. Для увеличения мощности выстрелов с корабельных турелей требуются особые, узконаправленные способности. Но везде есть исключения. Пираты это доказали. Они не били лично, их оружие не касалось Тэны напрямую — урон нанесли осколки и ударная волна от их тарана. Но СИСТЕМА посчитала это продолжением их атаки и применила все боевые бонусы нападавших. Итог был катастрофическим. Когда я доставил Тэну в медотсек, она была буквально на грани.
Теперь же, по докладам, она почти полностью пришла в себя.
Я направлялся в медотсек, стараясь сохранять собранность — как и положено капитану. Однако в глубине души меня грызло любопытство. Её ранения были серьёзными, но восстановление прошло подозрительно быстро. А ещё я не мог забыть её взгляд в тот момент, когда выносил её с мостика повреждённого шаттла. До той миссии у нас были натянутые, холодные, формальные отношения. Но после боя… что-то изменилось. Что именно — предстояло выяснить.
Двери в медотсек разъехались в стороны, выпуская навстречу мне запах стерильного воздуха. Один из врачей — пожилой мужчина с усталыми глазами по имени Айво — едва заметив меня, кивнул в сторону ближайшей койки.
— Это что-то невероятное, капитан, — пробормотал он, качая головой. — Я проверил всё несколько раз. В её СИСТЕМЕ нет ни одной способности, связанной с регенерацией. Но если смотреть на неё сейчас… Чистая аномалия.
Я перевёл взгляд на Тэну.
Она сидела на койке, без капельниц, без следов тяжёлых ранений. Конечно, выглядела не идеально — усталость ещё читалась в лице, движения были чуть медленнее обычного. Но если вспомнить, в каком состоянии её сюда доставили… Это выглядело невозможным.
Она заметила меня и коротко усмехнулась.