– Вообще-то меня интересует ее мать.
– Екатерина Владимировна?
– Она проживала в той же квартире. Пожалуйста, посмотрите, куда она переехала?
– В восемьдесят седьмом году – на Госпитальную улицу, в двадцать второй дом.
– Какая квартира?
– Дом частный, там нет квартир.
– Спасибо. Я должна оплатить ваши услуги?
Женщина отскочила и быстро огляделась по сторонам.
– Нет-нет! У нас все бесплатно!
– Тогда огромное вам спасибо.
Усевшись в машину Вячеслава, Дайнека распорядилась:
– Улица Госпитальная, дом двадцать два.
– Это «девятка»…
– Что такое «девятка»? – поинтересовалась она.
– Самый удаленный район Железноборска. До него километров десять, не меньше.
– Прости, не знала. Тогда я на автобусе.
– Не дергайся, довезу.
По радио тихонько рассказывали последние новости, и они замолчали. Потом заиграла музыка, он сказал:
– Странные у тебя маршруты…
– Почему?
– Вчера – в полицию, сегодня – на Госпитальную.
– А что там?
– Психушка.
– Мне не туда.
– Надеюсь…
Дайнека хихикнула. Он определенно ей нравился: ясные голубые глаза, крепкий нос, природный румянец, подбородок с четкой мужской складкой, темные кудрявые волосы. Прибавь сюда конкретный мужской характер – и получится мечта любой девушки.
В этот момент автомобиль подбросило, и она клацнула всеми своими зубами.
– Что это было? – просипела Дайнека, потому что голос вернулся не сразу.
– Последствия ямочного ремонта.
– Ага… – Дайнека уловила знакомую тему. – Это потому что нет денег на хороший ремонт?
– Как, говоришь, адрес?
– Госпитальная двадцать два.
Они въехали в малоэтажный поселок и свернули в одну из боковых улочек, в безлюдное неприглядное место.
– Вот этот дом, – показал Вячеслав.
Машина затормозила. Дайнека вышла, и перед тем как захлопнуть дверцу, спросила:
– Подождешь?
Он кивнул и включил радио погромче. Дайнека узнала мелодию – «Отель Калифорния» – и перевела взгляд на дом. Из окна на нее смотрела худая старуха.
Пройдя к калитке, она услышала, как в доме стукнула дверь.
– Екатерина Владимировна Свиридова здесь проживает?
За воротами кто-то был, но голоса не подал.
– Откройте, пожалуйста, нужно поговорить!
Звякнул замок, через возникшую щель на Дайнеку уставился глаз с черным подглазьем[3].
– Зачем она вам?
– Поговорить о ее дочери.
Калитка распахнулась, за ней стояла старуха.
– Вы от Алены?
Дайнека сообразила, что она имела в виду Елену Свиридову.
– Нет, не от нее.
– Что ж, заходите. – Старуха вздохнула и направилась в дом. Зайдя в кухню, села на табуретку, сцепила руки и безмолвно уставилась на Дайнеку.
Та опустилась на стул, пристроив рядом пакет с найденной сумочкой. Прикинув, когда следует отдать старухе сумку и паспорт, решила не торопиться.
– Меня зовут Людмила Дайнека.
– А я Екатерина Владимировна, мать Алены, – отозвалась старуха.
– Можете рассказать, как пропала ваша дочь?
– Она не пропала, – обыденно проговорила Екатерина Владимировна.
Помолчав, Дайнека поинтересовалась:
– Что же тогда с ней случилось?
– Ничего.
– Не понимаю…
– Алена уехала на юг и очень хорошо там устроилась.
– Господи… – Дайнека прижала руки к груди. – Как же я рада! – Она потянулась к пакету, собираясь достать сумку, отдать матери Елены Свиридовой и забыть наконец об этой истории.
– Следователь мне все рассказал, – продолжила Екатерина Владимировна. – Она уехала на машине с каким-то мужчиной.
Дайнека отдернула руку и подняла на старуху глаза. Потом осторожно спросила:
– Он сказал, куда именно уехала ваша дочь?
– Ему неизвестно.
– Она давала о себе знать?
– Нет. А писем не пишет, потому что боится. Думает, буду ругать, – Екатерина Владимировна огорченно покачала головой. – Дурочка…
На мгновение Дайнеку охватило чувство невосполнимой утраты. Она поняла: за долгие годы одиночества старуха убедила себя в том, что ее дочка жива. Отдать сумку сейчас – значит, убить эту уверенность и поселить в ее душе ад.
– Да… – пробормотала Дайнека. – Я понимаю.
Екатерина Владимировна чуть оживилась:
– Вы знакомы с Аленой? – потом вдруг махнула рукой. – Да что это я… Вам лет двадцать, не больше.
– Двадцать два.
– Когда Алена уехала, вы еще не родились.
Пытаясь нащупать нужную тему, Дайнека посетовала:
– Жаль, что мы не знакомы. Расскажите, какая она была?
– Перед тем как уехать, Алена была очень красивой. Теперь я понимаю: она влюбилась.
– Почему вы так думаете?
– Иначе зачем бы она с ним уехала?
Екатерина Владимировна смотрела в окно, поджидая дочь из школы.
Сегодня, когда она мыла пол в ванной, к тряпке прицепилось золотое кольцо с большим оранжево-розовым камнем. По ободку оно было испачкано голубым пластилином. Екатерина Владимировна встала на колени и заглянула под ванну. На днище она заметила кусок пластилина такого же цвета.
