– Склад съехал, и помещения отдали другим службам.
– Вы показали им тайное помещение?
– Нет, – признался старик.
– Почему?
– А зачем? Там в горе помещений – без счета. Если площадь мала, найдут и побольше. А мне неприятности ни к чему, хоть и задним числом.
– Кажется, я поняла, – снова повторила Дайнека, на этот раз уже шепотом. Потом спросила: – А где располагался ваш склад?
– Ну как тебе объяснить? Рядом с перроном. Пройти по людскому ходку, свернуть направо в первое ответвление. Метров через двадцать на левой стене были мои ворота.
– Ясно, – Дайнека на глазах побледнела.
– Тебе нехорошо? – спросил Иванов.
– Да, знаете, что-то не по себе. Пожалуй, я выйду. – Она встала. – Пожалуйста, передайте Альберту Ивановичу огромный привет и наилучшие пожелания.
Дайнека выскочила из комнаты, сбежала по лестнице. Во дворе у машины стоял Вячеслав.
– В Управление к Труфанову! – крикнула она и заскочила на переднее сиденье.
Вячеслав сел за руль и, не задавая вопросов, рванул с места.
Увидев ее, секретарша даже с места не тронулась. Дайнека прошла по приемной, открыла дверь кабинета, шагнула внутрь и по-хозяйски закрыла ее за собой.
– Ты?.. – Труфанов обескураженно привстал.
– Все срослось! – объявила ему Дайнека.
Он сел и посмотрел на нее с сожалением.
– У кого-то был перелом?
Она подошла ближе.
– Объясняю. Он никуда не уехал!
– Кто? – вежливо поинтересовался Труфанов.
– Что, а не кто. Роев ничего не отгружал из хранилища № 20!
Василий Дмитриевич устало прикрыл глаза и тихо сказал:
– И в этом ты ошибаешься. Согласно накладным и железнодорожным квитанциям, в апреле тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года он загрузил полный вагон и отправил черт знает куда. Вагон обнаружили в тупике на маленькой станции. В нем ничего не было, кроме ящиков.
– В том-то и дело! – перебила Дайнека. – Роев погрузил в вагон только пустые ящики.
– А куда дел содержимое?
– Все ценности остались в хранилище № 20.
– Их там нет, – с раздражением в голосе возразил Труфанов.
– Они там! – настойчиво повторила Дайнека.
Он поднял глаза.
– Хочешь, чтобы я тебя выгнал?
– Нет, – честно призналась она.
– Ну хорошо, тогда объясни.
Дайнека широко улыбнулась.
– Знаете, сегодня я поняла, что прошлое защищено гораздо хуже, чем будущее.
– Это софистика…
– Знаю. – Она кивнула. – Софистика – это словесные ухищрения, вводящие в заблуждения. Но я не ввожу.
– Еще как вводишь!
– Нет. Просто хочу сказать, что все самое сложное лежит на поверхности, но его почему-то никто не видит. Судите сами: Роев загрузил в вагон ящики и отправил их, как вы говорите, черт знает куда. Члены комиссии проверили Хранилище, обнаружили пустые стеллажи и решили, что груза нет. – Она повысила голос до крика. – Но груз-то лежит за стеной!
Труфанов молча смотрел на нее. Потом проронил:
– Что за стена?
В кабинет заглянула секретарша:
– У вас все в порядке?
– Все хорошо, – заверил ее Василий Дмитриевич. – Ну, так что? Где эта чертова стенка?
– В хранилище Роева! – Дайнека победно посмотрела на своего собеседника. – Сегодня я говорила с бывшим начальником подземного склада взрывных веществ. Склад располагался в помещениях, которые позже забрал себе Роев, и там есть скрытое хранилище, тайный склад, который обустроили взрывники, чтобы их не гоняли пожарные.
– Откуда ты знаешь, что это именно то помещение?
– Чувствую.
– Это не аргумент.
– Тогда поговорите с Арзамасцевым и со стариком Ивановым.
– Кто такой Иванов? – бегло спросил Труфанов.
– Начальник подземного склада взрывчатых веществ.
– Как с ним связаться?
– Он живет в доме престарелых. Кстати, Арзамасцев рассказывал, что когда показывал Роеву склад, тот сперва отказался. Но когда Арзамасцев ненадолго его оставил, а потом вернулся назад, Роев заявил, что его все устраивает.
– Почему?
– Да как же не понимаете! Потому что он обнаружил тайную комнату! Там всего-то нужно было сдвинуть стеллаж.
– Значит, пожарные не нашли, а он обнаружил?
Дайнека задумалась.
– Наверное, он был умней.
– С такой аргументацией не поспоришь, – Труфанов поднял трубку, подумал и снова ее опустил. – Насколько я помню, помещения хранилища № 20 законсервировали.
– Знаю, – сказала она. – Заложили вход кирпичом.
– Стало быть, придется ломать?
– Без этого точно не обойтись.
– Черт знает что! Это же режимный объект! Как, по-твоему, я получу разрешение? На основании твоей интуиции?
– Для начала поговорите с Арзамасцевым и с Ивановым, – подсказала Дайнека.
Василий Дмитриевич снова поднял трубку, задумался и опять ее положил.
– Как думаешь, для чего он так поступил?
– Роев? – Дайнека, не мигая, смотрела перед собой. – Он отомстил. Отомстил за то, что убили Свиридову. Так сказать, прощальный привет его покровителям.
– В общем, так, – сказал Труфанов. – Ты пока остаешься. Сейчас езжай к Кораблевым. Завтра я пришлю за тобой машину.
– Зачем?
– Поедем искать хранилище.
– И вы возьмете меня с собой? – Она не поверила своему счастью.
– Но ведь не я заварил эту кашу… – проговорил Труфанов
