–Анна, что я могу сказать, многие исследователи считают Алтай колыбелью человечества. Тут очень много археологических находок. А сколько еще не открыто, не исследовано. Люди Каменного Века облюбовали для жизни многие пещеры в Алтайских горах. Совсем недавно, какие-то две-три тысячи лет назад на этой территории господствовали Скифы. Пасли тут несметные стада коней, прекрасные Амазонки рьяно охраняли свои племена наравне с мужчинами. Они оставили после себя массу захоронений, курганов, где покоится прах героических воинов и воительниц тех времен. И, сказать по секрету, они охраняли не только стада…– Феликс вздохнул. – Илья Андреевич уже изложил вам свою теорию, относительно древних языческих духов, населявших эти края, и куда они все ушли?
– Он говорил мне, но я не все поняла. Только не ясно, как все это связано с историей. Меня интересует не мистика, а реальные факты. По своим убеждениям я, как это называется, не интересуюсь религией, а …
– Материалистка, верите в материю и реальность. – подсказал Феликс. Костер устало догорал и он подбросил несколько поленьев. Вскоре огонь радостно затрещал с новой силой.
– Ладно, Анна, расскажу Вам историю совсем недавнего прошлого, начала двадцатого века. Думаю, Вам она понравится. Вы будете записывать?
Анна посмотрела на него с укором.
– Все это случилось во время Гражданской войны, шел смутный 192… год…
Пламя костра разгорелось, стало тепло. Причудливые оранжево-красные блики играли на лице Феликса, его одежде. Вокруг незаметно сгустились сумерки, окружающий мир медленно исчезал…
Шел смутный 192… год, небольшие, разрозненные отряды осколков Белой Гвардии, теснимые карательными отрядами красных отступали к границе с Монголией. Двигались они медленно и, войдя в горы, решили немного передохнуть в крупной деревне Солонцово.
К вечеру отряд вышел к большому селу Солонцово. В авангарде, на красивом, черном, но усталом на вид жеребце ехал полковник Н. Это был человек среднего роста, голубоглазый, его русые волосы обильно разбавила седина. Несмотря на долгое время, проведенное в походе, он был чисто выбрит, оставались лишь аккуратные усы, чуть закрученные вверх.
Отряд был небольшой, бойцов сто, в основном офицеры и кадеты, несколько казаков. Все были усталые, измученные долгими переходами и постоянными стычками с частями красных. В отряде, несмотря на малочисленность, была даже своя батарея – две пушки, но снарядов осталось совсем мало, не больше полусотни. За отрядом следовал обоз, который по численности был не менее отряда, в основном раненые и гражданские беженцы. Эти люди надеялись добраться до границы, а там, перебравшись в Китай, хоть как-то обустроить свою несчастную жизнь.
Посланная вперед разведка доложила, что в селе красных нет, да и вообще нет никаких воинских формирований. Полковник слышал от местных, что красных они почти не видели, но в этих местах хозяйничали вооруженные банды, состоящие преимущественно из местных жителей. Во всех селениях, через которые проходил отряд, рассказывали о некоем шальном мужике по фамилии Кайгородов, который, якобы с братьями сколотил банду, человек в тридцать, и терроризировал все местное население в округе. Бандиты пользовались отсутствием какой-либо власти и вели себя беспредельно. Говорили также, что банда постоянно базировалась в селе Солонцово, совершая оттуда постоянные набеги на близлежащие деревни. Неизвестно, на что рассчитывал Кайгородов, видимо человек это был темный, не образованный, да и с красными он никогда не встречался по-настоящему. Местные Кайгородова боялись, и потому в любом селе он мог рассчитывать на полное повиновение и проблем с провизией и кровом у него не было никогда.
Отряд спустился в село. Стали располагаться по квартирам. Полковник со штабом занял большой, некогда принадлежавший местному купцу, дом. Сам купец уже нашел успокоение, будучи расстрелян все тем же Кайгородовым. Дом был большой, двухэтажный, неплохо обставлен, имелся даже рояль. Но везде было грязно и неубрано. Новых квартирантов встретила немолодая уже женщина, видимо продолжавшая следить за домом.
– Спаси Господи, Ваше Превосходительство, надолго Вы к нам? – перекрестилась она, печально глядя на Полковника.
– Поживем немного, как уж получится. А что же у вас тут беспорядок?
– Так новые господа сами проживают, меня не спрашивают, и убирают как могут.
– Это какие же господа, слыхал я, убит хозяин прежний.
– Так это, Кайгородовы. – они и есть, господа новые, прости Господи! – она всхлипнула.– Всё сами, говорят порядок у них, не пущают меня, только если водки принесть или так по-мелочи. А оно вот и клопы развелися, смотрю. Так еслив спат в повалку, когда пьяны и вси вмести, тут и гниды всяки будут. А старый-то барин, Степан Кузмич, царство небесное великомученику, человек был ай как за порядком смотрел, все меня стращал, Степанида, мол, там не убрала, и тут с рояли пыль не протерла. Прости Господи мои прегрешения! – и она совсем расплакалась, вытирая слезы платком.
