В рядах роханского войска грянули трубящие тревогу рога. Ударили гулкие барабаны — и по всему берегу прокатился мгновенный вал стремительного движения, обычного для любого войска, — рвались из ножен мечи, накладывались стрелы, перебрасывались поудобнее щиты и копья... Топали ноги, порой раздавалось конское рыканье; из палаток, на ходу одеваясь, бежали отдыхавшие в эту ночь сотни; длинный ряд земляных редутов быстро заполнялся воинами.
Десяток, в который попали хоббит и его спутники, оказался за невысоким частоколом как раз в том месте, куда нацеливались первые сотни переправляющихся. Торин, Фолко, Малыш, Атлис и эльфы стояли плечом к плечу. Вокруг них, тесно сомкнув щиты, сжались плотным строем вестэмнетские копейщики; лица людей казались омертвевшими — все вольно или невольно пытались определить, сколько же врагов оказалось против них.
Быстрое течение Великого Андуина сносило легкие плоты; Фолко видел, как боролись, налегая на весла, коренастые истерлинги — быть может, те самые, с кем он ходил под знаменами Отона. Углядел он и хазгов; те, припав на колено, уже готовились к стрельбе — может, те самые, с кем он состязался и, считай, успел побрататься...
— Стоя-а-ать крепко! — прокатилось по рядам роханской пехоты.
Хоббит невольно повернулся к десятнику.
— Не дать им подняться на излом, — мрачно бросил тот. — Одной атакой они не удовлетворятся... Эй, все! Стрел не жалеть! В обозе их много!
Густо облепленные вражескими воинами, плоты плыли через Андуин. Восточный ветер не стихал, прямо в глаза защитникам Рохана светило восходящее солнце — что и говорить, момент атаки выбран был неплохо.
Малыш и Торин настроили свои небольшие походные арбалеты, эльфы проверяли колчаны, заполненные сегодня обычными тисовыми стрелами — свои собственные они берегли, как и хоббит; может, когда и представится случай... вновь встретиться лицом к лицу с Вождем?
Фолко опустил глухое забрало мифрильного шлема. Так не слишком сподручно целиться — но хазги, эти непревзойденные лучники, запросто вгонят стрелу в лицо с двух сотен шагов. Он видел, как на переднем плоту кто-то высокий в темных доспехах взмахнул окованной железом рукой — и хазги дружно спустили тетивы. Битва на Андуине началась.
Ветер помогал стрелкам Вождя и очень мешал роханцам; первые стрелы ударили по частоколам и бойницам редутов — но защитники западного берега молчали. Тяжелая хазгская стрела со звоном вонзилась в бревно не дальше ладони от головы хоббита; брызнули щепки, лесина раскололась, и стрела хищно выставила здоровенный зазубренный наконечник над плечом Фолко. Он услышал, как Торин зло выругался.
Казалось, на роханские укрепления обрушился налетевший с восхода черный ливень. Ни одна рука, ни один шлем не могли подняться над невысокими частоколами; и когда плоты наконец приблизились настолько, что стрелки Марки смогли ответить, их ответ оказался куда менее впечатляющим, чем стрельба хазгов
Воздух потемнел от стрел — но сперва потери сражающихся были невелики. Роханцам помогали благоразумно возведенные укрепления, воинам Вождя — хорошие доспехи первых рядов, Восточный ветер да меткость хазгов, не дававших никому в редутах прицелиться как следует.
Фолко пренебрег лучниками Вождя. Он пустил уже три стрелы, попал все три раза — но никто не упал, стрелы, видимо, сломались о вражескую броню. Тот, кто командовал этим прорывом, поставил в первые ряды окованных железом с ног до головы пан-цирников, за спинами которых укрывались легковооруженные воины.
Хоббит выпрямился во весь рост, тотчас превратившись в неплохую мишень. Боевой азарт палил его: ну-ка, кто быстрее возьмет прицел — он или те хазги, что так и не смогли обставить его на честном состязании?
Он оказался быстрее. Его стрела вырвала с ближайшего плота одну из толпившихся на нем темных фигур, с всплеском упавшую в волны; и хотя о шлем хоббита скользнула меткая стрела противника, а вторая прогудела возле уха, он ответил еще одной своей — и тоже смертельной.
Малыш и Торин пока выжидали — их мощные арбалеты могли пригодиться, когда панцирники двинутся на берег, к редутам; эльфы стреляли нечасто, тщательно прицеливаясь и стараясь как можно Меньше времени оставаться на виду. Их шлемы, хоть и славной ковки, не имели забрал, лишь вертикальную стрелку по-носья.
Плоты подошли еще ближе — и тут убойная сила стрел возросла. Падали в воду пронзенные истерлинги; сползали, судорожно цепляясь руками за стены редутов, принявшие смерть лицом роханцы. Отпор воинов Марки крепчал — и воды Андуина окрасились кровью.
Все русло Великой Реки было запружено плотами и невесть откуда взявшимися лодками.
На миг подняв взгляд, хоббит увидел спускающиеся к реке с противоположного берега все новые и новые отряды; тех, кто уже плыл, на глаз набралось вдвое больше обороняющихся.
