Мужчина забрался на кровать и положил ладонь на то место, где были покраснения, принялся их залечивать. Нежно поглаживая кожу, Эдвин дышал с трудом, возбуждение давало о себе знать и становилось лишь сильнее. Закончив с одной стороны, потянулся к другой ноге и замер, услышав стон. Сглотнув, взглянул в лицо и с облегчением выдохнул – спит.
Через несколько секунд покраснения исчезли без следа, но убирать свою руку принц не собирался. Чувствуя себя так, словно совершает какое-то преступление, продолжил гладить женскую кожу, двигаясь выше. У кромки белья на мгновение остановился, но все же коснулся манящего местечка. Раздался новый стон, который совсем не отрезвлял, а подстегивал действовать более настойчиво.
Резко убрав руку, шумно выдохнул, собраться с мыслями не получалось. Радуясь, что иномирянка не проснулась, он, закусив губу, сменил положение и устроился у неё между ног. Наклонился и провёл языком по ткани, мечтая, чтобы эта тонкая преграда исчезла. Девушка дернулась, новый стол заставил отпрянуть. Нельзя! Каким бы сильным ни было желание, пересекать черту не стоит. Но как же хотелось!
Принц невольно усмехнулся, запустив руку в свои длинные волосы. Как она может спать в такой ситуации? Неужели у неё настолько крепкий сон? А может она так устала, что не почувствовала чужих прикосновений? И ведь это не впервые…
Эдвин не привык сдерживаться. Если хотел женщину – брал, ведь та даже не сопротивлялась. В гареме не было тех, кто был против, а Дайлин никогда не отказывалась и только радовалась его желанию, часто брала инициативу в свои руки.
Но Анастасия другая. И не только тем, что была из чужого мира – в ней все отличалось. Но тем не менее, она притягивала к себе его взгляд, даже когда язвительно отвечала и пыталась себя принизить… С ней он сам хотел быть другим, чтобы показать ей лучшую версию себя. Поэтому, несмотря на сильнейшее желание завладеть девушкой, он сдерживался. Последнее, что хотел бы видеть в её глазах – страх и ненависть.
Как только он накрыл её, иномирянка повернулась на бок, что заставило его улыбнуться. Такая милая! Понаблюдав за ней ещё немного, вернулся к себе.
Закрыв дверь в смежную гостиную, в который раз прислонился к ней спиной. Видимо, боги этого мира ниспослали ему испытание в виде этой златоволосой девы за все годы, что он не проявлял интереса к тому, что происходило за пределами замка. И поделом! Теперь-то он не собирался оставаться в стороне, со временем все вернётся на свои места. А рядом с ним непременно будет она, его прекрасная спасительница.
***
