— Вот мое время и вышло. Странное это понятие — время. То ползет еле-еле, то бежит, словно жеребец. Да я, наверное, утомил вас своими неопределенными предположениями.
— Ну что вы. Мне казалось, что, когда я писал статью, я узнал так много… а теперь вижу, что не знал даже и половины.
— Ну-у. Пустяки, — улыбнулся Бондарь. — Никто не может знать все.
Прощаясь, Бондарь обещал позвонить Юре. Продолжение статьи должно быть интереснее начала, и в этом он согласился помочь.
Когда Бондарь ушел, из телефона-автомата в переходе метро Топорков позвонил в редакцию и попросил Марину срочно найти для него информацию о ремонтных работах на железнодорожных путях между платформами «Ленинградская» и «Красный Балтиец» Рижской железной дороги. После этого он позвонил Стасу и договорился о встрече. Егоров сказал, что через три часа сможет приехать вместе с Тамарой. Вовку он оставил у одного очень хорошего знакомого — пока ему лучше не показываться в их компании. Люди со шрамами нанесут еще не один визит.
Электровоз подал гудок и показался из-за поворота, таща за собой три десятка товарных вагонов. На стыках рельс колеса монотонно отстукивали ритм. Смеркалось.
Юра стоял на трамвайном мосту над железной дорогой и бесцельно разглядывал лежавшие параллельно стальные полосы железнодорожного полотна, пересекающие друг друга лишь на стрелках и тут же расползавшиеся в разные стороны.
Под мостом проносились электрички, неспешно проползали товарняки. Казалось, что стальные полосы сами принимают решение, выбирая для каждого состава свое направление.
Как только Бондарь ушел, Юра не переставал обдумывать странную встречу.
Он старался вспомнить каждую интонацию, каждое слово. Сначала ему казалось, что Бондарь говорил искренне. Потом вдруг почувствовал, что все сказанное было заранее обдумано и отрепетировано. Вплоть до интонаций. Потом снова появилось доверие… Но все же окончательные выводы Юра делать не стал.
Он хотел обо всем рассказать друзьям, а потом подвести черту.
Топорков почувствовал взгляд и обернулся. К нему подходили Стас и Тамара.
— Здравствуй, — сказала Тамара, с приветливой улыбкой. Стас кивнул головой.
— Привет, — улыбнувшись, ответил Юра и вновь почувствовал непонятное волнение.
То есть теперь оно было ему понятно — он влюблялся.
— А где Роман? — спросил Юра.
— На дежурстве, — ответил Стас. — Он работает в службе охраны метрополитена.
Так что ты хотел нам здесь показать?
— Сегодня днем я встречался с Бондарем.
По мосту проехал трамвай. Стук колес на рельсах отдался дрожью по всему мосту. Тамара и Стас переглянулись.
— Каким образом тебе это удалось? — спросил Стас.
— Не мне, а ему, — ответил Юра. — Утром в редакции мне сказали, что Бондарь еще вчера пытался до меня дозвониться. Не дозвонившись, через секретаря назначил встречу. Мы с ним мило побеседовали. Он рассказал много интересного.
— С какой это стати он начал с тобой откровенничать? — не верил Стас.
— Это с какой стороны посмотреть, — ответил Юра, повернулся спиной к перилам моста и облокотился о них. — Сначала мы просто обсуждали мою статью, потом поделились информацией о поезде-призраке. Поговорили о культе «Двенадцати голов», об «алгоритме зла». Но мне кажется, что он меня специально сюда затащил.
— Зачем? — спросила Тамара.
— Он показывал мне железную дорогу.
Топорков жестом руки показал на рельса под мостом. Тамара и Стас смотрели на него, ничего не понимая.
— С одной стороны, ничего странного, — продолжил Юра. — Статья о поезде, а он спец по нему. Железнодорожная развязка — хорошая декорация, если хочешь создать нужное настроение. Потом он начал рассказывать про мертвые города и осторожно подвел меня к теме мертвых железных дорог.
Стас посмотрел с моста вниз. В наступивших сумерках, освещенных желтым светом фонарей, белым холодным светом поблескивали стальные рельсы. Из-под моста с грохотом выскочила электричка.
— Уже после разговора я понял, — продолжил Юра, — что он выдавал мне информацию порциями. Как бы делая паузы, чтобы я сам додумал недосказанное.
— А иначе ты бы заметил, что он тебя подталкивает к чему-то определенному, — сказала Тамара.
— Возможно, — согласился Юра и замолчал.
Тамара встала рядом со Стасом и посмотрела с моста на железную дорогу.
Несколько синих семафорных огоньков горели в траве недалеко от стрелки и образовывали собой почти законченное созвездие Малой Медведицы.
— Что же он задумал? — сказал Стас.
— А может, он тоже борется со злом? — спросила Тамара.
Стас и Юра посмотрели на нее.
— Да нет… Хотя… — было заметно, что Стас сомневается.
