Каменные ворота так же рухнули под натиском не слишком изящных, но весьма эффективных карателей, в просторном зале нас встретили еще две жрицы, но в этот раз уже без мантий — вместо этого на них были плотно подогнанные под них кожаные брони, так же стилизованные под любимцев богини и украшенные паучьими узорами. Но самой яркой фигурой стал минотавр — человекоподобный монстр, с густой, хоть и не длинной шерстью, бычьими рогами и такими же ногами. По размерам он был сравним со мной, вот только видок у страшного стража был жалкий — местами виднелись потеки или еще свежие раны, на могучей шее был не менее могучий кованный ошейник, на человекоподобных руках такие же кандалы, да и глядел «свирепый» страж на нас не как непримиримый защитник интересов устрашающей богини, а скорее как уставший от невзгод забитый старик.
— Эдак тебя угораздило. Девочки, жриц пока свяжите, я с ними попозже разберусь. Дита а где ключи от его ошейника и прочего? — несмотря на внушительную секиру минотавр не вызывал у меня опасений — уж его с таким то настроем я точно смогу убедить сдаться без боя.
— Не знаю, скорее всего где-то в городе рабов. У нас их не было. — дроу меланхолично посмотрела на неуверенно приближающегося монстра, жрица с двумя змеекнутами безуспешно пытается отбиться от карательниц, по одной голове отсекающих от ее грозного оружия своими серпами, Последняя жрица уже потеряла свое оружие и, покидав в Эйн темными стрелами, теперь пятилась от добродушно улыбающейся девушки, недвусмысленно покачивающей в руке увесистую плеть. — Брось оружие, минотавр, я — дроу и ты не можешь напасть на меня. Выполняй! — минотавр неуверенно оглянулся на двух оставшихся жриц, но им было не до него, и подчинился Дите.
— Итак, кто же ты? Монстр, животное или все же ты разумен? — с интересом разглядываю минотавра, подхожу чуть ближе. Минотавр хватает меня своими здоровенными лапами за шею и начинает душить — Ну-ну, успокойся, я дух и нам не нужно дышать. Просто чтобы вас не пугать, я принял образ схожий с человеком. — безусловно он силен, заметно сильнее всех моих последователей, но до духа ему все ровно далеко, поэтому достаточно просто отвожу от себя его руки, внушая ему при этом спокойствие и не отпуская его лап — Разве ты не видел, я пришел с дроу, а значит и на меня ты напасть не мог, но напал. Итак, кто ты?
— Я — раб. Рожден и выращен лишь чтобы служить. Мне позволено жить, пока я служу. — медленно и запинаясь отвечает минотавр.
— Мастер, вы понимаете его? — Дита смотрит на меня с удивлением.
— Конечно, а ты разве нет? — теперь моя очередь удивляться, как же они ими управляют, если не понимают.
— Только мастера по тренировке рабов знают язык животных. — к нам возвращаются каратели с хищным интересом приглядываясь к минотавру, их жертва избита и связана, Эйн загнала свою жертву в угол и о чем-то с ней болтает, при этом не давая выйти из неудобного положения.
— Но девочек и Пута, да и Казу ты же понимаешь? — конечно называть их зверями — это слишком большая натяжка, но все же и минотавр далеко не простой бычок.
— А вы тоже звери? — у жрицы округлились глаза и она растеряла остатки своего только-только вернувшегося хладнокровия.
— Духи, если быть точным. Я — тэнлис, дух тени. Эти еще недоразвиты, поэтому и имени у них как такового пока толком нет, больно там много всяких малочисленных племен. — Пут не упускает возможности задеть воительниц, может все дело в классе? Он что-то между вором и убийцей, они же ярко выраженные воины, пополам с магами.
— Пут — тэнлис. Девочки — нунлис, просто я хотел дать им имя на фестивале, но оставить их без награды, пусть и маленькой, я не хочу. Создал их я из лис и, несмотря на характеры, они родня. Казу, кстати, тоже тэнлис. А Эйн — дух, каратель, хотя сейчас она похоже пытается убедить одну из дроу, что она демон. — жрица уже и не пытается вырваться из угла, а просто сидит на коленках и что-то слезно вымаливает у Эйн — Ладно, девочки, вы сможете снять эти железяки?
Стоило оковам упасть на пол, как уровень лояльности минотавра взлетел до показателя «полностью предан», а когда я ему еще и объявил, что он больше не раб и может идти куда хочет как свободное создание, так и вовсе записался в фанатики, правда пришлось удерживать его от порывав «доказать преданность» на былых хозяевах. Все же рабы, удерживаемые именно насилием — перевербовываются слишком просто, очарование, эйфа и иллюзия свободы, хотя минотавра и правда было жалко и я решил оставить его себе, а девочкам вон дрова пойдут. Пленные жрицы долго плевались и сыпали угрозами, разве что та, которою запугивала Эйн тихонечко сидела в сторонке и не жаловалась.
