- Но именно поэтому я сохранил тебе жизнь, там, на ночной улице. Я видел, как ты убила человека, убила без всяких колебаний, с радостью, как и полагается охотнику-Истинному. Я рад, что в этом городе хоть кто-то еще чтит древние законы нашего рода.
- Самир убьет меня, если узнает...
- Самир?
- Наш лидер. Он возглавляет нашу Семью. Нас, Истинных, всего шестеро, да и вриколакосов в городе не так уж много.
- Это хорошо. Скоро Истинных в городе не останется вообще.
- Ты собираешься...
- Они порочат наш великий род. Таким не место среди нас. Или ты считаешь иначе? - его черные глаза угрожающе сощурились.
Лейла отрицательно затрясла головой.
- Я полностью согласна с тобой, о великий. Самир уже достал нас своими нравоучениями. Кое-кто вроде Мии, Алекса и Аскольда с ним солидарны, но только не я. И еще, пожалуй, Каина - он всегда был бунтарем. Но я думала, у нас нет другого выхода: Перворожденные, согласно легендам, погрузились в Сон, а наши лидеры навязали нам свои законы. Я готова пойти за тобой, господин, и служить тебе со всей преданностью жалкой Истинной!
Марк склонил голову, с усмешкой рассматривая преисполненное пылкого обожания лицо Лейлы. Маленькая рыжая лиса. Он, конечно, готов был поверить в то, что ей отчаянно хотелось вырваться из-под надзора Самира, хотелось крови, свободы и власти, и в нем она увидела долгожданного спасителя, достаточно могущественного, чтобы помочь ей и при этом защитить от мести сородичей, которых она так легко собиралась предать. Пожалуй, она будет ему хорошей слугой. И спутницей. Крошке Лизе нужна другая мать. Более жестокая, изворотливая, ловкая. В ее сердце не должно быть места печали и сомнениям. Жаль Изу - в нее было вложено много сил, но она с каждым днем все больше его разочаровывала. С ней придется проститься. Навсегда.
- И ты поможешь мне истребить свою Семью? - спросил он жестко.
Лейла на миг задумалась, затем твердо кивнула:
- Да, помогу. Если ты заберешь меня с собой.
- Я заберу тебя с собой, Лейла. Что ж, начать, полагаю, следует с вожака. После его смерти вся стая этих трусливых шакалов распадется сама собой, и мне будет легче выследить и убить их одного за другим. Как, ты сказала, его имя? Самир?
- Да, господин. Он - самый старший из нас. Сын Перворожденного.
- Перворожденного? - удивился Марк. - И что же, известно тебе имя его отца или матери?
- М-м-м... отца его, если память меня не подводит, звали Фэрис...
- ...а мать - Лилит, - удовлетворенно кивнул он. - Фэрис и Лилит Шемсут. Я слыхал, что у них есть сын, но не имел чести знать его лично. Вот и познакомимся. Отец его был достойным Перворожденным; тем прискорбнее участь его сына... Что же, дом его, скорее всего, тщательно охраняется?
- Ну, на самом деле, вриколакосов у него не так уж много. Парочка личных телохранителей, с которыми он никогда не расстается, ну и два-три постоянно живущих с ним вриколакоса, не считая людей-доноров и слуг.
- Ты пригласишь его к себе.
- Что?
- Пригласи его в свой дом. Найди благовидный предлог. Он ведь явится, если ты его попросишь?
- Да, думаю, да. Самир... всегда беспокоится о членах своей Семьи.
- И он приедет один, не считая двух телохранителей.
- Скорее всего. Он ведь не подозревает о нашем сговоре.
- Отлично. Я расправлюсь с вожаком сам. Вы с Изабель позаботитесь о его вриколакосах. Хотя я еще не решил, стоит ли ее посвящать в мои планы...
- Изабель?
- Моя подруга. Ты займешь ее место, когда все будет кончено.
Лейла опустила голову, пряча польщенную улыбку.
Чем вооружены его телохранители?
Яна попросила Алекса отвезти ее домой еще до наступления сумерек, беспокоясь, как бы Каин не вернулся домой в ее отсутствие. Впрочем, в этом случае он, наверное, уже позвонил бы ей на сотовый - номер у него, разумеется, был. Но рисковать не стоило.
Всю обратную дорогу домой они либо молчали, либо обменивались ничего не значащими, отвлеченными репликами, отчаянно стараясь сохранить подобие дружбы в своих отношениях - как это было до этого дня, когда поцелуй Алекса все значительно усложнил. Поцелуй вампира. Бессмысленный и лишенный права на будущее. Сводящий с ума.
Яна испытывала целую гамму эмоций. В основном, смятение. Она не могла солгать себе, убедить себя в том, что не оттолкнула Алекса лишь потому, что не хотела его обидеть - ей самой был приятен этот поцелуй. Ее тело в тот момент утратило какой бы то ни было контроль, покорное его рукам. Это и пугало, и завораживало.
'Это больше не должно повториться', - думала девушка, мрачно глядя перед собой. - 'У наших отношений нет будущего: я - человек, он - вампир; да и Каин озвереет, если узнает'.
- Сердишься на меня? - покосившись в ее сторону, спросил Алекс.
Она вяло отмахнулась.
- Все нормально.
- Прости, я не должен был.
- Как и я, Алекс.
- Ты не виновата. Это мы так действуем на людей...
- Ерунда. Я же не поддаюсь вашему гипнозу, забыл?
- Да, точно. Но мы и без своих чар можем быть чертовски убедительными.
- Это тут ни при чем. Просто ты мне тоже симпатичен, вот и все. Я не могла сопротивляться.
