Что сделает обычный человек, нежданно-негаданно повстречав в лесу огромную змееподобную тварь с ярко светящимися глазами и внушительным набором острых зубов? Правильно, заорет, сверзится с лошади и грохнется в обморок. К вящей радости хорноша. Или попытается спастись бегством, скорее всего безуспешно. Что сделала в такой ситуации я, неумолимый и бесстрашный воин тридцать восьмой кварты Колыбели Героев? Почти то же самое, то есть сначала заорала «Ах ты пакость!», потом соскочила с лошади. В обморок падать не стала, а вместо этого обнажила Стальную Молнию. Через несколько мгновений рядом со мной, плечом к плечу, уже стоял Эштерил. Сзади кричала какую-то тарабарщину Натэя, замыкая вокруг поля боя Купол. Не хватало еще из-за подлого гада лишиться средств передвижения, а так испуганные лошади отбегут на небольшое расстояние и вынуждены будут метаться вдоль невидимой преграды. В худшем для них случае пойдут твари вторым блюдом, в лучшем — успеют ускакать, когда магичку сожрут и ее колдунство рассеется.
Хорошо среагировали. Хоть в учебник рисуй — реакция боевой кварты на неожиданного врага. Воины встают плечом к плечу на линии атаки, маги остаются в тылу, помогая вооруженным товарищам по мере сил. Был бы с нами Марчис, он бы уже шарахнул по змеюке парализующим заклятием. Согласно Кодексу чести Колыбели Героев, так полагалось поступать при любой атаке — а то вдруг нападающий вовсе не враг, а мирный путник, слишком резво выскочивший из-за угла? Правда, обездвиживало упомянутое заклятие не всех — у многих тварей нашего прекрасного Мира был природный иммунитет к магии, а чародея с высоким уровнем личной силы и подавно нельзя было бы взять с помощью таких игрушек. Но правило есть правило, а крепко вбитые в голову рефлексы срабатывают без особой заботы о последствиях.
Эх, будь с нами Марчис! Но Марчиса не было. Был Юч, а что сделал Юч? Правильно, ничего. Точнее, заорал, сверзился с лошади — все как полагается. И вполне вероятно таки грохнулся в обморок. Оборачиваться и проверять у меня возможности не было. Уцелею — надаю по башке его же драгоценной Лолой. Боевой маг, шкруть сожри его мозги!
Проклятие про шкруть я вслух произносить не стала. А то только ее нам тут для полного счастья не хватало. Загадочная нечисть с сочным — как раз для ругательств — именем еще никому на пути не встречалась. Маги говорят, что она «везде и нигде», простой народ сваливает на нее пропажу людей и скота, а я предпочитаю обойтись для начала одним хорношем.
Тварь посмотрела с высоты в три человеческих роста на нашу диспозицию, не впечатлилась и выразительно плюнула. Метила она в нас с Эшем, но мы резво отпрыгнули в разные стороны. Плевок прожег полосу травы в том месте, где мы только что стояли.
— Это же хорнош! — заверещала за нашими спинами Натэя. — Последняя особь этого вида подохла лет пятьсот назад!
— Да? — издевательски отозвалась я, пытаясь угадать дальнейшие действия хорноша. — А ядом плюется как живая!
Темно-синяя «особь» тем временем атаковала Эша. Тот ловко увернулся и взмахнул мечом. Отличный удар, успела подумать я и почти увидела, как голова хорноша покатилась по траве. Как бы не так! Послышался лязг — металл звякнул о металл. Спасаясь от повторной атаки, Эш занял оборонительную позицию за ближайшим деревом. Я поспешила последовать его примеру.
— У него железная чешуя, — донеслось сзади.
— Я уже понял, — огрызнулся на Натэю Эш. — А уязвимые места у этой зверюги есть?
— Кончик хвоста, — с готовностью поведала магичка. Судя по гулкости и направлению голоса, она уже успела забраться в какое-то дупло. — Если отрубить хорношу кончик хвоста, он умрет в мучениях.
— Она еще издевается! — скривилась я.
Тут произошло непредвиденное. Юч, которого я полагала мирно отдыхающим в глубоком обмороке, с громким воплем пронесся мимо наших с Эшем укрытий. Парень размахивал своим талмудом и орал «Смерть шионским крысам!» Я удивленно проследила за ним взглядом — интересно, где маг успел нахвататься боевых кличей времен гражданской войны шестисотлетней давности? Или они с хорношем ровесники?
— Похоже, мы сейчас вторично останемся без боевого мага, — шепнула я Эшу, притаившемуся за соседним деревом. Тот вздохнул, и мы с мечами наперевес выскочили следом за Ючем. Тварь гостеприимно приподнялась на хвосте. Чтобы не отставать от Юча и заодно подбодрить соратников, я во всю глотку затянула боевую эльфийскую песнь «Врагу не сдается наш гордый Амхар!» А потом…
Потом я очнулась на холодной земле. Натэя вдохновенно размахивала перед моим носом каким-то вонючим мешочком и бубнила: «Алата, если ты сейчас же не очнешься, я заставлю тебя это съесть».
— Сама жри! — я рывком села. Перед глазами все поплыло.
— Ну вот она и очнулась, — магичка невозмутимо убрала мешочек и отвернулась, считая свою миссию завершенной. Рядом с Натэей обнаружились Эш и Юч. У первого была перевязана правая рука, а правая щека представляла собой одну сплошную ссадину. Второй, трепетно прижимавший Лолу к груди, отделался несколькими волдырями на руках и шее. Вид у мага был донельзя гордый.
