- Вот, пока ты бухать будешь, он покует, себе опыта поднимет. Алюминь может целительницей подшабашить тем временем, за мирное целительство опыт тоже капает. – продолжил свою речь Огунор. – Да что там, даже я могу перебиться концертами! Только надо толпу побольше собрать, там экспа от количества народа на квадратный метр по экспоненте возрастает.
- А мне чем заняться, пока вы будете ерундой страдать? – вклинилась в разговор Миюффт.
- Да демон тебя знает, если честно. – задумался берсерк. – Можешь, конечно, с Алюминью народ лечить. Но вот честно – ни разу не слыхал, чтобы опыт за что-то по ментальной магии капал, а этот дар у тебя намного сильнее выражен. Возможно, когда система тебе класс сгенерирует, понятно станет, но я бы рекомендовал сначала что-то по менталистике сделать значительное, чтобы нормально выпало. А пока только вот так могу предположить.
Вскоре прохождение подземелья-приключения заметно затруднилось-замедлилось. Среди противников стало попадаться много миносов – хрень типа минотавра, но без человеческой составляющей. Просто прямоходячие быки-коровы. Как сатиры, только не козлы, и росто два с половиной-три метра. Но тут Огунор показал правдивость своего утверждения, что если проходить тяжело, то нужно подумать, как бы тяжело это ни было. И уже на третьей пачке рогатых великанов продемонстрировал, что мозги воину тоже нужно тренировать.
Миносы были высокими, а пещеры – нет. Поэтому им приходилось сутулиться, чтобы просто поместиться на респауне. Сначала нам показалось, что это просто система тупанула, но нет. Зайдя в карман к противникам первым, решительно отодвинув Алека, древний бард сразу начал с перегруза, от души долбанув по струнам. По пещере пронесся жесткий запил, словно в руках у музыканта была электрогитара с хэви-металлической примочкой и мощным усилком. И не успел аккорд затихнуть, как к нему присоединился возмущенный хор ревущих голосов прямоходячих быков, а через пару секунд грохот камней.
Голоса противников затихли раньше, чем музыкальное эхо. Оказывается, этот древний бог войны и металла ударил звуком не по самим врагам, а по касательной по их рогам, но главный урон пришелся по потолку. Нет, потолок от этого не рухнул. Ну, он рухнул, конечно, но от того, что у быков сработал врожденный рефлекс. Не любят они, когда их за рога трогают, они от этого головами дергают. И вот, раздраженные звуковой вибрацией рога заставили миносов дернуться и выпрямиться. И садануть рожками по уже пошедшей от перегруза трещинами поверхности верхнего свода пещеры. Так что похоронили они сами себя, хорошо, что прохождение не предусматривало лута с каждого моба.
Надо ли говорить, что до конца данжа мы проходили его именно по этой схеме? Гитарист атакует мощным звуком потолок, миносы его доламывают. А если в кармане находится пачка мобов помельче, то удар по трещинам наношу я. Нет, не прыгаю до потолка, разбивая его макушкой, хотя Алек предлагал такую схему. Просто проращиваю там лозу, даже без определенной мишени для атаки. Растение возникает в результате применения способности полноценное, с корнями. Эти корни камень и доламывали. Хреново, конечно, ну да там хватало.
И уже достаточно скоро мы достигли дна. В хорошем смысле – мы пещеру прошли. Нет, это был не тупик – из пещеры можно было пройти дальше, через узкий проход, но наличие деревянного ящика говорило о том, что приключение закончено, и дальше просто подземные глубины. А нашему взору да, предстал сундук. Просто деревянный ящик с откидной крышкой. И содержимое особо ничем не шокировало, в очередной раз продемонстрировав нам немалый опыт Огунора в прохождении этих данжей. Не расходником оказалась лишь одна вещица.
«Двуличный кинжал(эпичное)»
Не двуручный, а именно что двуличный. Потому что дает своему владельцу умение превращаться в смесь человека и какого-нибудь животного. Что делать, если владелец сам животное? В том смысле, что сатир, к примеру, а не человек. Да ничего не делать – расовое ограничение на артефакте стоит, только для людей. Для того, чтобы выбрать животное для смешения, нужно к хвостовику рукояти привязать частицу того самого животного. Ну а поскольку из всего нечеловеческого генетического материала у нас были лишь запчасти рудосери, да дубленая кожа, из которой был изготовлен доспех Алека, то выбор пал, конечно, на первое существо. Смысла превращения в кого-то из крупного рогатого скота, из коих обычно шкуры для натуралки и делают, было гораздо меньше. Потому что никто не сомневался, что кинжал этот – для Миюффт. Больше то в нашей группировке не было никого, кто привык орудовать подобным оружием, и при этом превращаться в других существ.