Тихая дачная местность стала охотничьими угодьями маньяка.Вот уже четыре женщины пропали без следа, а труп пятой недавно случайно обнаружен в лесу рядом с шоссе.И надо же такому случиться, что в это самое время, поэтому самому шоссе проезжала детектив-любитель Надежда Лебедева!Ехала она по совсем другому делу, разыскивая пропавшую жену своего бывшего сослуживца, но, конечно, не смогла остаться в стороне от расследования серии убийств, тем более что ее поиски привели к неожиданному результату…Маньяк хитер и опасен, он всегда остается вне подозрений, но теперь ему противостоит Надежда Лебедева с ее умом и мужеством.
Начинало темнеть.
Марина прибавила шагу и нервно оглянулась: ей послышались чьи-то шаги за спиной.
Зря она пошла по этой тропинке через лес. Срезать захотела, пять минут сэкономить! Деревья шумели угрожающе где-то далеко вверху, вдали кричала незнакомая ночная птица.
Если на то пошло, вообще зря она сорвалась в город. Но уж очень мерзко вел себя Виталий! Да что там, это просто какой-то кошмар. Все же знакомы они почти полгода, и ей никак не могло прийти в голову, что он такой подлец!
Ей вообще не хотелось ехать с ним на эту дачу, она как чувствовала, что ничего хорошего из этой поездки не выйдет. Хозяев она не знала, да и никого из гостей тоже. Но Виталий сказал, что дача роскошная, в замечательном месте, и Марина поняла, что он твердо настроился на эту поездку и если она откажется, он найдет себе другую спутницу.
Сегодня с утра она проснулась в отвратительном настроении – болела голова, и всю ночь снились ей какие-то кошмары. Будто бежит она по темному лесу, и огромные ели хватают ее колючими лапами за ноги. Она спотыкается и падает лицом в мох. Пахнет прелой гнилью, как будто там, подо мхом, гниет труп.
Она проснулась, явственно чувствуя этот запах.
Не вставать, подумала она, никуда не ездить, позвонить Витальке и отказаться. И пускай он делает что хочет, пускай орет на нее, она просто повесит трубку и отключит телефон. Потом они помирятся, а если нет, то черт с ним.
Но тут же ее поднял на ноги телефонный звонок матери. Ей срочно требовалось пройтись по магазинам, потом навестить родственников, и все это в обществе дочери.
– Мама, я не могу! – в панике закричала Марина, представив кучу теток и двоюродных племянников за столом с салатом оливье и рыбой под маринадом. А будет ведь еще обязательный холодец и селедка под шубой, которую Марина ненавидела с детства.
Селедка решила дело в пользу Виталия – там, на даче, хоть воздухом подышать можно.
Дача оказалась самая обыкновенная, бревенчатый дом без всяких удобств, даже туалет – обычная дощатая будка во дворе. Правда, в дом никто и не ходил, все гости тусовались на лужайке, вокруг мангала, благо погода еще позволяла, день выдался на редкость теплый. Жарились шашлыки, на самодельном столе стояли многочисленные бутылки. Марина с Виталием приехали последними – сперва долго простояли на заправке, потом свернули не туда, за что Виталий не уставал ругать почему-то Марину.
Гостей было человек десять, да хозяев двое. Знакомых никого, и Марина слегка расстроилась – она не любила незнакомые компании. Хозяин – толстый грубоватый мужик, выражался с непринужденным матерком, хлопал всех по плечу и обнимал женскую половину гостей. Его жена, довольно невзрачная, сновала незаметно между людьми, что-то приносила, подавала, убирала.
– Верка! – орал хозяин. – Почему водка теплая? Вечно забываешь в холодильник поставить, такая-сякая!
И дальше примерно в таком духе. Его жена на это ничего не отвечала, только опускала глаза.
Народ уже прилично выпил, и Виталий начал активно догонять, тем самым дав Марине понять, что обратно они сегодня не поедут, заночуют здесь же, на даче. Хотя где тут может поместиться такое количество людей, она не представляла, – на сеновале, что ли. Настроение испортилось еще больше – она терпеть не могла спать в чужом месте, да еще по-походному, без кровати и простыней. Ужасно противно было просыпаться, зная, что душ принять негде, и надевать несвежее белье было противно. Марина надулась и отошла от своего спутника подальше – что толку сейчас ругаться, если он уже все решил.
К тому же как только Виталий выпил, проявились все худшие черты его характера. Он быстро опьянел и принялся подкалывать всех присутствующих, и ее в том числе.
Нельзя сказать, чтобы у него и в трезвом состоянии был прекрасный характер. Вообще он был груб, нагловат, не интересовался ничем, кроме футбола и пива, частенько вставлял в разговоре матерные слова – просто так, по привычке – и всех без исключения девушек называл телками. После еды он долго ковырял в зубах зубочисткой, и никакие Маринины замечания не могли его остановить.
Но в сильном подпитии он становился просто невозможным. Он вязался ко всем, и Марине, когда она была рядом, доставалось больше всех. Эти его шуточки, граничащие с отъявленным хамством, эта мутная злоба в глазах. При всех он мог назвать ее дешевкой, а то и похуже. Один раз он ее ударил в компании, после чего они не разговаривали две недели. Разглядывая синяк на щеке, Марина твердо решила, что пошлет его подальше. Этого еще не хватало – она ему не жена, они даже не живут вместе, так для чего такое терпеть?
В тот раз он ее уговорил простить. Он стоял на коленях и твердил, что не может без нее жить. Он заваливал ее букетами – очень дорогими и безвкусными, он признался, что не может контролировать себя, когда выпьет, и клялся, что такого больше не повторится. И правда, больше он на нее руку не поднимал и пить стал меньше.
