— Знаешь, я была вполне вспыльчивым ребенком, — продолжила она довольно тихо, — когда-то, чтобы доказать свою силу, я пыталась сразить Азгора. Именно ПЫТАЛАСЬ, ведь я и удара нанести не могла. И что было самым худшим, так это то, что все это время он даже не сопротивлялся. Это было так унизительно… После этого он извинился и сказал что-то дурацкое, вроде того, хочу ли я знать, как победить его? Я ответила ему «да», и с тех пор он стал тренировать меня! И вот однажды, во время тренировки, мне удалось сбить его с ног. Я чувствовала себя… хреново… Но он весь сиял. Я никогда не видела, чтобы кто-то так сильно гордился тем, что ему надрали задницу! В общем, он продолжал тренировать меня, и теперь я глава Королевской Стражи! Поэтому именно я учу всяких чайников драться! Таких, эм, как Папирус. Но, если честно… не знаю, смогу ли я когда-нибудь сделать его частью нашей гвардии. Только не говори ему, что я это сказала! Он просто… ну… в смысле, он не такой уж и слабый, даже наоборот — он офигенно сильный! Просто… он слишком… просто он очень хороший и невинный! Посмотри, вместо того, чтобы взять тебя в плен, он подружился с тобой. Я бы никогда не взяла его сражаться! Ведь его просто разорвут на миллионы маленьких улыбающихся кусочков… Это одна из причин, почему я решила учить его готовить, понимаешь? Так что, может быть он сможет заняться чем-нибудь другим.
Ханна молча слушала ее и понимала, что совсем не ошибалась — даже в душе этой одержимой всеобщей идее стражницы есть частица доброй и заботливой души, и эта частица не была столь малой, чтобы не быть замеченной. Андайн просто была слишком эмоциональной, прямой и слегка похожей на непредсказуемый шторм. Но это вовсе не значило, что она была плохой. У нее всего лишь были свои убеждения, как у любого человека. Возможно так же было и с королем — Азгор не был безжалостным убийцей, им просто двигало чувство долга. Все было взаимосвязано, а девушке просто не повезло, ведь она оказалась частью чужого спора. Ханна печально вздохнула.
— Ох, извини, я говорила так долго, что у тебя чай остыл, — вдруг встрепенулась Андайн, а после встала из-за стола и застыла на месте, — погоди. Папирус! Его урок кулинарии… Он должен был быть здесь прямо сейчас!!!
Ее лицо в мгновение изменилось, засияв какой-то радость и безумной увлеченностью.
— А если его здесь нет, — эмоционально продолжила Андайн, что слегка насторожило и взволновало девушку, — значит, тебе придется отдуваться вместо него!!!
Она резко запрыгнула на кухонный стол, на ряду с которым стояла раковина и плита, и размашистыми шагами поскидывала на пол все вещи, что там лежали.
— Верно!!! — безумно воскликнула она, стоя на столе в полный рост. — Ничто так не сближает меня и Папируса, как совместная готовка! А это значит, что если я дам тебе урок, то мы станем настолько ближе, что ты и представить себе не сможешь!!! Уфухуху!!! Страшно? Мы с тобой станем лучшими друзьями!
Она в один прыжок подскочила к Ханне, схватила ее за шиворот свитера, и с легкостью подняла над землей, все так же быстро и легко прыгая к плите. Девушка даже не успела пискнуть, как ее ноги уже оказались на полу.
— Ну что, давай, начнем с приготовления соуса? — угрожающе спросила стражница, посмотрев на Ханну, и доставая их холодильника свежие томаты. — Представь, что эти овощи — твои заклятые враги! Сейчас выбей дурь из них своими кулаками!
За неимением под рукой режущего предмета, и подумав, что из томатов лучше сделать подобие каши, наша путешественница довольно аккуратно положила на один из помидоров ладони и несильно прижала его, пытаясь раздавить.
— Кто так делает? — завопила Андайн, глядя на девушку и ударяя по томатам со всей силы, от чего сок и мякоть разлетелись во все сторона, запачкав вокруг себя стены. — Вот как нужно по ним бить! Да, я уже чувствую, как наши сердца объединяются против этой здоровой пищи! Не волнуйся, мы просто наскребем этот сок в миску. А теперь пришло время лапши!
Довольно быстро и с грохотом она достала из стола кастрюлю, и с силой установила ее на плиту. Ханне показалось, что от такого удара у посуды погнулось дно, но стражницу это не сильно огорчило. Она достала из шкафчика упаковку длинных макарон, и содрала с нее этикетку.
— Лучше всего для такого дела подошла бы домашняя лапша, — нравоучительно продолжила Андайн, — но я не заморачиваюсь, и просто покупаю ее в магазине! Так дешевле! Давай, положи ее в кастрюлю, будем варить!
Девушка довольно сильно вытрусила все макароны на дно посуды, проверяя, не осталось ли что-то в упаковке, после чего отложила ее в сторону. Андайн свирепо добавила туда воды.
— А теперь пришло время перемешивать пасту, — сказала монстресса, — главное правило — чем больше мешаешь, тем лучше! Готова?
Она решительно вручила гостье ложку, и Ханна довольно проворно и интенсивно стала перемешивать содержимое кастрюли.
