— Молодец, Гарри. Том был исключительно одаренным молодым человеком. Очевидно, он решил не откладывать дела в долгий ящик, и заодно избавиться от непрезентабельного родственника. Кроме того, Морфин умудрился за несколько минут превратить презрение племянника в ненависть. Ты заметил, как он твердил о схожести Тома с его магловским отцом? Впрочем, главным аргументом все-таки стало другое.
— Кольцо Гонтов?
— Верно, Гарри.
— Сэр… А где оно сейчас?
— Почему ты спрашиваешь?
— Вы его больше не носите, и ваша рука…
— Ты очень наблюдателен, мой мальчик. Волдеморт наложил на кольцо исключительно сильное проклятие, и потребовалось время, чтобы его снять.
— Но… зачем? Сэр?
— Об этом я расскажу в другой раз. Уже довольно поздно, а мне бы хотелось, прежде, чем мы разойдемся, показать тебе еще одно воспоминание…
«И один из них должен уничтожить себя в другом, и ни один не сможет жить спокойно, пока жив другой, ибо они — единое целое» Нет, это невыносимо!
Снейп глухо застонал и выключил воду. Потянулся было за палочкой, но передумал и взял полотенце — от высушивающего заклинания волосы опять повиснут сосульками. Торопиться в кои-то веки некуда, можно позволить себе сделать все как следует.
Десять минут спустя он заварил себе чаю и уселся за стол. Непривычно влажные волосы холодили голову и, кажется, вернули способность мыслить здраво. Хватит на сегодня истерик. Если не думать не получается, значит, надо устроить мозговой штурм. Поттер сказал, я уже все знаю. А что я знаю? Первое, этот поттеровский секрет настолько серьезен, что может вызвать у меня очередной приступ, иначе мальчишка не стал бы ничего скрывать. А единственная причина приступа — это угроза жизни и здоровью родного очкастого паршивца. Второе, секрет тесно связан с содержанием Пророчества, Поттер явно хотел меня подготовить. Третье, Альбус убрал из бреда Сивиллы два момента: «уничтожить себя в другом» и «единое целое». Здесь должен быть ключ. «Себя в другом»… Безусловно, это намек на связь Поттера с Лордом… Стоп! Шестнадцать лет назад Волдеморт готовил в доме Поттеров не обычное убийство, а Обряд создания очередного хоркрукса. Пентаграммами наверняка занимался Петтигрю, он был в фаворе за предательство, и он же уволок потом с места событий палочку Лорда. Запланированное убийство сорвалось, мальчик выжил, но погибли его родители, Джеймс и… Лили. Значит, условия были выполнены, и Обряд…
В груди зашевелился, наливаясь холодом, знакомый мерзкий комок, перед глазами зарябили осточертевшие точки…
Обряд… состоялся…
Дышать, дышать, черт возьми! Лишь бы не задохнуться от ужаса… Гарри…
— Сэр? Сэр, что с вами?
Ну слава богам. Кто это? Финниган? И Криви рядом маячит. Вид у обоих перепуганный, но решительный, сейчас на кровать поволокут. Ну нет!
— Уберите руки, молодые люди, я еще не помер и не собираюсь. Финниган.
— Сэр?
— Поттер — седьмой хоркрукс?
— Ну да. А вы не знали?
Он выпрямился, чувствуя, как растворяется потихоньку ледяная медуза внутри и выравнивается дыхание. Просто шок. У Поттера наверняка был другой сценарий.
— Теперь знаю.
— Великолепно, профессор.
— Хрррмррр.
Красотка львица медленно прошлась по классу и грациозно вспрыгнула на учительский стол. Аккуратно подвинула лапой чернильницу, придержав мордой перо, и уселась, свесив с края длинный хвост. Кончик его слегка подергивался.
— Теперь давайте обратно, продолжим завтра. Скоро отбой, мне на дежурство пора.
— Мрррряааа?
Одним прыжком очутилась рядом, подцепила когтем полу мантии, дернула.
— Мэм, это мантия профессора Снейпа, он не обрадуется, если вы ее испортите. Старайтесь не поддаваться инстинктам Образа, вы же анимаг.
Шкряб!
— Мэм! Ну и как теперь объяснить Снейпу следы львиных когтей на полу в его классе?
— Мряк!
— Вот именно. Профессор, хорош ребячиться. Давайте на выходные выберемся куда-нибудь в лес, там нарезвитесь вволю.
— Хряаааам?
— Честное слово.
Поттер ввалился на кухню и устало плюхнулся на табурет.
— Уфф, до чего же это директорское словоблудие выматывает. Сэр, как вы его терпите столько лет? — принюхался, — ой, а чем пахнет?
— Всего лишь отбивная с картошкой, Поттер. Бель предположила, что ты будешь голоден.
— В точку!
— В таком случае мой руки и садись. Как успехи?
— Впечатляют, сегодня мы наконец добрались до слова «хоркрукс». Директор, как всегда, нашел козла отпущения: оказывается, о хоркруксах Риддлу рассказал школьный учитель, некто Гораций Слагхорн.
— Не «некто», а один из лучших зельеваров столетия, Поттер, хотя убежденный консерватор. Он и меня учил.
— Да? Интересный мужичок. Пытался подделать свое воспоминание, очень неумело. Том зачем-то расспрашивал его про хоркруксы, возможно, хотел прощупать на предмет лояльности.
— Очень даже может быть, Гораций — мощный союзник. А почему ты думаешь, что Риддл притворялся?
— Разговор происходил на седьмом курсе, а первый свой хоркрукс из дневника Том сделал летом между пятым и шестым.
— Силы небесные…
— Да, ему было шестнадцать. Тогда погибла директор его приюта, миссис Коул. Он ее ненавидел, и любит вспоминать это убийство. Она имела неосторожность называть его ненормальным.
