Он вышел, оставив за спиной шестерых трусов, загадку Драко и всеобщее обреченное уныние.
Через полчаса понурый Питер вернулся в пещеру. Поттер сидел в окружении разлетающихся перьев, на сталактитовом пеньке перед ним лежала почти полностью ощипанная тушка.
— Ты не смог, — понимающе констатировал он. — Убежала?
— Придет, куда ей деться. — Питер наколдовал мешок и принялся сгребать в него перья. — Подушку набьем… У тебя, гляжу, получилось?
— Не-а, я по-другому сделал отсек рыбке голову и сразу наложил Образ.
— Так можно?
— Пока клетки живы пожалуйста, а дальше меняется структура организма, но не его состояние.
— Здорово. Рыбу бить, конечно, легче… — Питер принялся обдергивать оставшееся крыло. — Слушай, я понимаю, заклинание секретное…
— Научу, не вопрос. — Поттер пересыпал соль в свежеизготовленную солонку. — Я вот еще чего хочу спросить нафига ты устроил тот спектакль в Визжащей Хижине? Будто специально провоцировал их тебя заавадить.
— Ну да, так и есть.
— Тьфу, блин… конечно. — Поттер хмыкнул и вдруг затрещал фальцетом: — «Ах, он убил бы меня, Сириус, ах, что бы ты сделал на моем месте…» Попытка номер семнадцать?
— Почти получилось.
— Но тут влез благородный я и все испортил.
— Справедливости ради, это Рон первым не захотел отдавать меня Бродяге в зубы. Потом Рему, как обычно, приспичило поговорить. Когда они меня трансфигурировали, я натурально тронулся крышей в аниформе сопротивляться Метке намного легче. Страшно хотелось заорать: «Убейте меня уже, кретины!» — но… тогда бы точно не убили.
— Рем…
— Гребаный чистоплюй. Что, да почему, да зачем! Блэк тоже хорош: собрался бить бей! Нет, застеснялся вдруг, понес какую-то чушь про месть Упивающихся, про разговоры заключенных во сне…
— Почему чушь?
— Потому что вранье! До возвращения Лорда меня ни одно рыло в Ближнем Круге не нюхало, Хозяин боялся утечки!
— Логично. — На сталактит вспрыгнул камень и превратился в чашку. — Сириус, думаю, пошел на поводу у Рема. Ему страсть как не хотелось с тобой разговаривать при последней встрече ты здорово его уел однако еще больше не хотелось выставлять себя перед нами чокнутым психом из газет.
— Наверное. Но вот чего я до сих пор понять не могу это как Рем умудрился забыть про полнолуние. Наш педант Рем!
Парень хмыкнул и запалил в чашке голубой бездымный огонек. Питер молча растянул над ним ощипанную курицу. Его уже всерьез раздражало многозначительное поттеровское хмыканье.
— Извини, я не специально.
— Опять подслушиваешь?
— И не думал, просто все легилименты в той или иной степени эмпаты. — Поттер выложил перед носатиками остатки рыбы. — Лопайте, ребятки, вам-то она не приедается… Рем тогда имел свои проблемы. Перед самой Хижиной он вдрызг разругался с Дамблдором, подал в отставку… и получил в лоб Конфундусом.
— Дамблдор?!!
— Ему позарез нужно было заслать Рема нам на подмогу, но Рем отказывался, потому что полнолуние и вообще свинство.
— Откуда знаешь?
— Директор второпях не убрал остаточную магию от Конфундуса, а Джин как раз училась ее определять. Думаю, потом Дамблдор пожалел, как-то по-дурацки все вышло… хотя Мерлин его знает, может, он так и планировал уж больно вовремя дементоры вперлись на территорию школы. Результат вполне шоколадный: я спас крестного, но съехать к нему от Дурслей не могу, чуток повзрослевший, но все равно доверчивый Сириус снова в строю мощный рычаг для воспитания взбалмошного героя, Фадж получил по носу и убрался из Хогвартса вместе со своими дементорами, ну и Се… Снейпу досталось на орехи, чтоб в другой раз не зарывался.
— Я сбежал…
— Ты и должен был сбежать, так Трелони предсказала, а у нас у всех имеется весомый повод ей доверять.
— Предсказала? Когда?
— На экзамене. — Поттер снова принялся тереть очки. — Директору, правда, я об этом сообщил сильно потом, и портретов в башне у стрекозы не водится… может, он просто так решил тебя отпустить, в рамках теории последнего шанса.
Питер недоверчиво помотал головой. Дамблдор знал секрет Скабберса? Терпел присутствие Упивающегося в спальне Гарри Поттера? Позволил предателю бежать?
— Слушай, это слишком. Великий Дамблдор!..
Мальчишка снисходительно разлыбился. По очкам бы тебе, заррраза!
— Не психуй. Ты помнишь, как оказался в кувшине Хагрида?
— Конечно! Я… э-э-э… — Еперс коперный, действительно, как? — Сначала была клетка, потом… ну…
— Не помнишь. У Хагрида своя разновидность Конфундуса, ею он усмиряет агрессивных животин.
— Ой.
— Дальше Хагрид расколотил другой кувшин, Герм полезла в шкаф за новым и наткнулась на тебя. Заметь, все это случилось в день апелляции по Клювокрылу. Угадай, чей приказ.
— Хагрид знал, кто я?!
— Скорей всего.
— Гад! — Три месяца тыквенных кожурок, прогорклой колбасы и изощренных издевательств! — Даже Нюниус так меня не… гад!..
— Ну-ну, Хагрид не сам это придумал.
— И Дамблдор гад! Все вы гады, — пожаловался Питер, бросил курицу и отправился на свою лежанку. — Рон тоже знал?
— Мы-то как раз ступили не по-детски, догадались, только когда ты убежал в первый раз.
