— Хотя откуда вы можете знать? Без году неделя в Органах… Да, Говорков действительно ранен: повреждены грудная клетка, бедро и плечо. Не беспокойтесь, с ним все в порядке: должный медицинский уход обеспечен, как и питание. Так что решайте! Я понимаю, что вам нужно время все взвесить, проверить… Вам даются сутки: я вам позвоню, и если вы скажете «да», то обговорим способ обмена «живым товаром». Только еще раз прошу учесть то, о чем я уже говорил: никаких сюрпризов! Не советую! Могут быть жертвы, и в первую очередь погибнет этот парень. Я все сказал! Сейчас вас доставят туда, откуда взяли, и точно таким же способом. Уж извините…
Майора вывели из комнаты, а Красавчик-Стив все сидел перед экраном. Он мучительно размышлял: почему майор не захотел узнать Савелия Говоркова, на защиту которого он бросился, не раздумывая ни секунды? В том, что Воронов был тем самым майором, кого он видел в клубе «Виктория», Красавчик-Стив теперь нисколько не сомневался. Чем больше он раздумывал над этим, тем сильнее убеждался в совершеннейшей бессмысленности этого шага майора. Скорее всего, в нем сработал инстинкт торговца: постараться не выказывать излишней заинтересованности в товаре, чтобы продавец не повысил цену. Другого мало-мальски правдоподобного объяснения в голову не приходило… Как бы то ни было, необходимо все самым подробным образом доложить Хозяину.
Рассказов только что вернулся из Нью-Йорка, куда летал на встречу со своим суперагентом, которого ему с огромными трудностями удалось внедрить в Управление по борьбе с международным наркобизнесом. Собственно говоря, он сильно преувеличивал, говоря самому себе о том, что он внедрил в Управление этого человека. На самом деле все было гораздо прозаичнее. Однажды, подкупив одного смышленого полицейского, которому хотелось хорошо «кушать», он начал продвигать его по служебной лестнице, чтобы впоследствии внедрить в ФБР. Однако это оказалось труднее, чем он предполагал: у того было не столь безупречное прошлое, и поэтому Рассказов поручил ему обрастать связями, не скупясь на выпивки и вечеринки. Это и принесло свои результаты.
Джек Харрисон был старательным и очень исполнительным работником, когда получал за это хорошие деньги. Он неукоснительно выполнял распоряжение Рассказова записывать все интересное, что слышал в компаниях, и, оставшись в одиночестве, прежде чем «вырубиться», делал запись в свой дневник.
Раз или два в месяц он имел контакт с Рассказовым или с его человеком и передавал накопившиеся за это время сведения. Случилось так, что на одной вечеринке ему удалось подпоить парня, о котором было известно только, что он работает в министерстве юстиции. Рассказов, словно почувствовав что-то, приказал Джеку повнимательнее присмотреться к этому парню с денежно звучащей фамилией — Долархайд, Фредди Долархайд.
Именно из-за него и затеял Джек эту вечеринку, вызвав дорогую проститутку по прозвищу «Лили-Красотка». Получив хороший задаток, она умело принялась за дело, и вскоре Фредди так набрался, что его самого в пору было трахать. Сделав обиженно-брезгливый вид, Лили-Красотка оттолкнула его и гордо ушла, оставив безутешного Фредди на попечение Джека. Неожиданно Фредди стал плакаться «своему лучшему Другу» о том, что ему в жизни дьявольски не везет: жена, которую он просто боготворил, ушла к другому, ему грозят неприятности на работе, потому что он истратил на свою любовницу служебные деньги, а сейчас его даже проститутка бросила. Ему остается только повеситься.
Естественно, Джек стал всячески успокаивать Фредди, говорить, что он один, а женщин тысячи, а потом, чтобы как-то прекратить его рыдания, сказал, что растрата служебных денег — пустяки, он поможет ему. Как не был тот пьян, но он сразу же ухватился за неожиданно свалившееся предложение помочь избежать позора на службе. Фредди бросился обнимать своего «лучшего друга», но потом виновато взглянул на него пьяными глазами и обречено сказал, что не может злоупотреблять дружбой, потому что сумма очень велика. Когда Джек в конце концов вытянул из него правду, то и сам ужаснулся: Фредди истратил более пятидесяти тысяч долларов и его в лучшем случае ожидало увольнение со службы, в худшем — тюремное заключение. Уложив его в постель, Джек бросился в другую комнату звонить Рассказову. Время было позднее, и Рассказов, услышав пьяный голос, едва не послал Джека куда подальше, но, когда узнал в чем дело, сразу же похвалил себя за сдержанность и приказал организовать встречу.
