В это тревожное время Дыбенко пришлось принимать группу прогрессивных писателей и художников из Польши, Чехословакии, Франции, Германии, США. Среди них Бруно Ясенский, Эрвин Киш, П. Вайян-Кутюрье и другие. Вместе с ними молодые киноработники, студенты ГИКа: В. Кузин, Б. Синеоков, В. Микшис и уже знакомый Николай Рожков. У ребят важное задание — снять кинофильм о пребывании иностранных гостей в Средней Азии и сделать ленту о поимке Ибрагим-бека. Гиковцев убедили — с бандой этого матерого врага будет покончено в ближайшие дни. Рожков так и сказал Дыбенко: «Фильм вся страна увидит».
И не ошибся: 15 июня Ибрагим-бек был схвачен… в чайхане, банда его разгромлена. Васильев сдержал слово. По представлению штаба военного округа за поимку Ибрагим-бека ЦИК СССР наградил Александра Васильевича Васильева орденом Красного Знамени. Награду он получил из рук Михаила Ивановича Калинина.
Когда Ибрагим-бека доставили в Душанбе, Николай Рожков пришел к Дыбенко:
— Павел Ефимович! Мы не можем продолжать съемки. В тюрьме свет плохой. Разрешите работать во дворе.
— Разве могу я тебе отказать, Николай? — смеялся Дыбенко. — Ты же мне помог в 1928 году захватить друзей Максумы в Доме дехканина. Услуга за услугу…
Ибрагим-бека вывели в тюремный двор. Высокий, могучего телосложения, с копной черных волос. Держится надменно, охотно позирует перед кинокамерой, бойко отвечает на вопросы иностранных писателей.
— Ибрагим-бек, кто вас снабжал оружием, финансировал? — спросил Дыбенко.
— Англичане, конечно, друзья наши, — оживился бывший «главнокомандующий всеми войсками ислама». — Нам всего хватало, а платили не скупясь…
С «хищниками пустыни» нужно было кончать, и как можно быстрее. Такая задача стояла перед войсками округа, местными партийными и советскими органами в 1931 году.
28 августа 1931 года Дыбенко разослал в войска округа, ГПУ и пограничную охрану справку. «Наряду с активным уничтожением басмаческих банд в песках, — говорилось в ней, — важнейшей задачей является развертывание массовой политической и организационной работы среди населения…
К частям, действующим на определенном боевом участке, прикрепляется бригада ответственных работников во главе с членами ЦК и ЦКК, на обязанности коих возлагается как одна из задач руководство распределением конфискованного у байско-феодальной верхушки скота среди бедняцко-середняцкого населения и скотоводов…»
Разгрому басмачества способствовала и изменившаяся обстановка в самом Афганистане: пришедший к власти Надир-шах возобновил Договор о ненападении и нейтралитете с СССР. Басмачам запрещалось переходить государственную границу.
К началу октября арестовали 75 руководителей банд и около трех с половиной тысяч басмачей. В 1931 году с «хищниками пустыни» было в основном покончено. Оставшиеся мелкие, разрозненные группки, лишившись поддержки населения, сами приходили с повинной.
В среднеазиатских республиках широким фронтом начались социалистические преобразования, создались благоприятные условия для политического, экономического и культурного развития этого обширного края. Дехкане, которых совсем недавно за упоминание о колхозе убивали, теперь потянулись в коллективные хозяйства. Уже к 1 октября 1934 года на социалистические формы перешло подавляющее большинство дехкан…
У командующего округом появилось свободное время. Он посещал спектакли, концерты; сделал для морского землячества цикл докладов о руководстве Коммунистической партии революционным движением моряков Балтийского флота. Эти материалы легли в основу новой книги Дыбенко «Октябрь на Балтике». Павел Ефимович часто бывал в Ташкентском Доме Красной Армии, работе которого он придавал важное значение. Бывал на стадионе, следил за выступлениями армейских спортсменов, если позволяло время, не пропускал ни одну футбольную игру и был страстным болельщиком, а футболисты, когда видели своего командующего, старались во всю силу своих способностей. Не пропускал Дыбенко открытие охоты, уезжал в отдаленные пограничные районы. Павел Ефимович с большим уважением относился к воинам, несущим службу на границе, считал их подлинными героями.
— У пограничников вырабатывается особое чутье к врагам, они как бы чувствуют приближение контрабандиста и недобитого басмача, — говорил Павел Ефимович. — Умеют защищать государственную границу. Я любого пограничника возьму для выполнения самой ответственной, опасной боевой задачи, они, как военные моряки, не подведут, скорее погибнут, но не отступят, не спасуют перед опасностью. Молодцы, да и только!
Дыбенко все время в разъездах. С шофером Грендо и порученцем колесили по гарнизонам Средней Азии.
10 ноября 1933 года его вызвали в Москву. Ворошилов любил пошутить, а с Павлом Ефимовичем они были, как говорят, на короткой ноге.
— Может, хватит томиться под южным солнцем, — сказал Ворошилов. — Решили мы тебя перевести в Самару[25] на место Федько. Его посылаем в Особую Краснознаменную армию заместителем к Блюхеру.
Дыбенко получил назначение на должность командующего Приволжским военным округом…