Герцогиня с мужем прибывали 18 мая на самолете из Англии, так что было время для подготовки торжественной встречи. Взвод осназа АСС снова играл роль почетного караула от Советской военной администрации, Северов и Качалов были в парадных мундирах, Северов в морской форме при кортике, Качалов, правда, без сабли (всю жизнь танкистом был, ни секунды в кавалерии не служил, железяка эта только в ногах путается!). По придирчивому мнению Северова встреча вполне удалась, подкачали местные, может от избытка чувств, а может подзабыли уже это дело. Впрочем, супруги остались довольны, это главное.
Разрушения в герцогстве были невелики, потерь среди гражданских также почти не было, поскольку боевых действий на территории Люксембурга не велось. На коллаборационистов Люксембург также был небогат, так что забот у Гены Качалова было немного. Немногочисленных немецких пленных выводили в Германию, процесс должен был завершиться в течение недели. Качалову надлежало наблюдать за процессом формирования местной вертикали власти, помогать со снабжением, блюсти интересы СССР.
Из Люксембурга Олег вылетел в Брюссель уже на следующий день, час полета и на месте. Начальствующий Советской военной администрации в Бельгии генерал-майор Злобин оказался человеком мягким и добродушным, несмотря на фамилию. Ему активно помогал Иван Тимофеевич Бобров. Северов был представлен принцу-регенту Шарлю. Король Леопольд III, находившийся в плену в Германии и освобожденный Красной Армией, в страну не возвращался, поскольку правительство запретило ему это делать как коллаборационисту. Лезть в такие дела ни Жуков, ни Злобин не стали, сразу дали понять, что это внутреннее дело самих бельгийцев. В Бельгии Олег пробыл неделю, объехал страну вдоль и поперек, несколько раз общался с принцем-регентом по проблемам и путям их решения.
Следующей точкой был Амстердам, на этот раз компанию Олегу составил Бобров, который познакомил Северова с королевой Вильгельминой. Снова неделя по прежнему сценарию, поездки по стране, общение с политиками и королевой, с начальствующим Советской военной администрации генерал-майором Сазоновым. Северов экономистом не был совсем, но как образованный в прошлой жизни человек про план Маршалла слышал. В прошлой жизни Олег много читал, особенно после выхода в отставку в свободное от работы время. Так что в его голове начал рождаться план по развитию экономики европейских стран, находящихся в зоне влияния Советского Союза. Этот план должен был быть свободен от недостатков плана Маршалла, поскольку не предполагал получение экономической выгоды СССР в ущерб другим странам и попадание в зависимость от Советского Союза. По крайней мере явное и откровенное. Ведь если прочные связи удастся сформировать, причем завязав на СССР (что не так уж и трудно, учитывая потребность в сырье), то это и будет зависимость, но добровольная и выгодная всем.
В Данию Северов летел уже с наметками плана в голове. Жаль, конечно, что нет Интернета, в котором можно быстро почерпнуть все необходимые сведения, но время было. Лишние несколько дней ничего не решают. Конференция в Потсдаме намечена на август, успеем.
В Дании Олег пробыл десять дней, тоже много ездил и летал. Здесь было попроще, поскольку практически никаких разрушений не было, промышленность не пострадала, значимой убыли населения тоже нет. С начальствующим Советской военной администрации генерал-майором Тимофеевым они поняли друг друга сразу. Король Дании Кристиан Х отнесся к Олегу несколько настороженно, но постепенно успокоился, особенно когда узнал, что генерал Северов не только бравый офицер, но и сторонник взаимовыгодных соглашений.
По Германии Олег пока ездить не стал, времени оставалось немного, связывался с руководством Советской военной администрации в Германии, просил подготовить нужные сведения, а также дал аналогичные задания по Австрии и Чехословакии.
Затем засел в Потсдаме и к 15 июня набросал проект плана по экономическому развитию советской зоны влияния в Европе. Основными целями плана были развитие экономик стран советской зоны и СССР и повышение уровня жизни населения. Документ, по мнению Северова, получился мощный. Разумеется, он годился только в качестве эмбриона, так сказать договора о намерениях, концепции дальнейших действий. Выкладки были приблизительными, но ориентиры давали. Кроме того, к проекту прилагалась докладная, в которой Северов изложил свои соображения по предполагаемому развитию событий. Олег не сомневался, что в этом варианте истории все равно появится и свой план Маршалла, и НАТО и прочие пакости, все это в общих чертах обосновал и представил проект как вариант противодействия. Олег немедленно переправил проект и докладную Сталину и занялся другими актуальными вещами.
