В сражении у Санта-Круз он, командуя авангардом наших сил, не смог организовать преследование бегущего противника и завершить его разгром. Адмирал Абе без всякого энтузиазма воспринял приказ Ямамото, предписывавший его четырнадцати кораблям осуществить бомбардировку Гуадалканала, как это сделало соединение адмирала Курита в октябре. Абе считал, что повторяться опасно. Американцы не так глупы, чтобы позволить применять одну и ту же тактическую формулу дважды.
9 ноября мой «Амацукадзе» вместе с группой из восьми эсминцев, чьим лидером был легкий крейсер «Нагара», вышел с острова Трук.
На рассвете 12 ноября наш отряд соединился с эскадрой адмирала Абе, состоявшей из двух линкоров и трех эсминцев их прикрытия. Это произошло в районе острова Шортленд.
В 08:30 того же дня, когда наше соединение находилось еще в 300 милях от Гуадалканала, оно было обнаружено американской «летающей крепостью» «В-17». Опасаясь возможного удара с воздуха, мы запросили у адмирала Какута воздушного прикрытия и вскоре над нашими кораблями закружились истребители с авианосца «Дзунье». Действительно, через некоторое время появилась группа бомбардировщиков противника, но при виде истребителей она повернула обратно, не сбросив бомб. Однако было ясно, что американцам уже известно все о нашем приближении к Гуадалканалу.
Мы продолжали следовать на юг со скоростью 18 узлов. С линейного корабля «Хийя» катапультировали самолет-разведчик. Прошел час, но с самолета не поступало никаких сообщений. Не появлялась и авиация противника. Внезапно начала портиться погода. Небо затянулось свинцовыми тучами и хлынул тропический ливень, перешедший в грозу.
Было совсем темно, настолько, что невозможно было разглядеть ближайшие корабли отряда. Мы ожидали приказа уменьшить скорость и увеличить расстояние между кораблями, но такого приказа не последовало. Нервы у всех были напряжены до предела.
Для адмирала Абе разразившаяся гроза была милостью Небес, поскольку закрыла его эскадру со всех сторон от возможного обнаружения авиацией противника, а также его надводными кораблями и подводными лодками. Когда один из штабных офицеров посоветовал Абе уменьшить скорость, тот раздраженно ответил:
— Нам нужно подойти к цели вовремя. В мирное время ни один командующий не повел бы через слепящий шторм свои корабли на такой скорости и в столь тесном строю. В подобных условиях могло случиться все что угодно. В этом же походе через ливень и грозу, который продолжался более семи часов, не произошло ни одного ЧП, что прежде всего свидетельствует о высочайшей боевой подготовке экипажей наших эсминцев. Именно благодаря столь высокому боевому искусству мы даже в суматохе ночных боев никогда не стреляли друг по другу, а американцы, свидетельствующие об обратном, совершенно не правы.
На мостике линкора «Хийя» адмирал Абе на глазах у своих штабных приходил в самое отличное настроение, сказав своим вымокшим офицерам:
— Эта благословенная гроза движется с той же скоростью и тем же курсом, что и мы.
В это же время поступило первое сообщение с разведывательного самолета: «Обнаружил более дюжины кораблей противника у побережья Лунга». Прочтя сообщение, адмирал Абе рассмеялся:
— Если Небеса будут по-прежнему на нашей стороне, то, возможно, что нам и не придется иметь с ними дело.
Вскоре была перехвачена радиограмма с армейского наблюдательного поста на Гуадалканале, сообщавшего, что на острове очень плохая погода. Разведывательный самолет с «Хийя» в эфире появился еще раз, сообщив, что направляется на Бугенвиль, поскольку не может в такую погоду отыскать соединение. Адмирал Абе, поняв, что в такую погоду трудно будет организовать бомбардировку береговых целей, решил все-таки выбираться из-под прикрытия идущей на юг грозы. С линкора «Хийя» на ультракоротких волнах передали приказ: «Всем кораблям приготовиться к повороту «все вдруг» на 180 градусов».
Я немедленно отрепетовал по радио о получении подготовительного сигнала и стал ждать исполнительного, который обычно подавался через 30 секунд. Я напряженно смотрел на часы. В таких условиях очень важным является точное время передачи сигнала, чтобы избежать столкновений друг с другом. Прошла минута. Исполнительного приказа не было. Прошло еще 30 секунд. Тишина. Такого еще не бывало! Я крикнул по переговорной трубе в радиорубку:
— Был ли исполнительный? Нервный голос ответил:
— Не было, командир. Эсминцы авангарда «Юдачи» и «Харусаме» не подтвердили получение подготовительного сигнала.
Прошло еще три минуты. Переговорная труба из радиорубки снова ожила:
— Командир, линкор «Хийя» разговаривает с «Юдачи» и «Харусаме» на средневолновой частоте.
— Быть не может! — завопил я. — Они там все с ума посходили на линкоре!
Средневолновые диапазоны очень легко перехватываются противником. Поэтому все преимущества, которые нам дал идущий на юг грозовой фронт, были растрачены на флагманском линкоре.