– Согласно приказу комдива была проведена разведка передового края немецкой обороны в светлое время суток. Было обнаружено, что немцев стало заметно меньше, перед нами на холмах не больше роты пехоты, да одна минометная батарея сразу за позициями пехоты. Тогда как сутки назад пехоты было до батальона, да минометов дивизион, не считая артиллерии. Также был приказ узнать, пройдут ли машины по заливному лугу, что находится в двух километров слева за бродом. Обнаружено, что из-за жаркого лета русло заметно пересохло, как и луг, поэтому ответ очевиден. Пройдут без проблем.
– Садитесь, старшина, – велел я, поднимаясь. – В общем, действовать будем так. Когда стемнеет, дивизион выезжает из оврага, по ходу движения к нему присоединяются машины младшего лейтенанта Индуашвили, встав во главе колонны – они одни могут вести огонь по ходу движения – и двигается к броду. Там, сразу за ним, пользуясь складками местности, дивизион следом за разведчиками двигается вдоль русла реки, проезжает луг и выезжает на дорогу Причина, почему ехать лучше так, проста: там немцев, кроме двух постов, нет. О постах позаботятся наши разведчики, которые ожидают нас на той стороне реки. После того как мы вырвемся на оперативный простор, окажемся в некоторой прослойке между передовыми частями немцев и подходящими войсками второго эшелона. То есть в этой пятидесятикилометровой зоне подразделений противника мало, в большинстве это или тылы первой волны, или разведка второго эшелона. Поэтому, вырвавшись из кольца, мы по дорогам преимущественно ночью двигаемся параллельно фронту в ста километрах от него на двести – двести пятьдесят километров и только там уже поворачиваем в сторону фронта. В этом месте наши отступают, пытаясь стабилизировать фронт, а немцы идут у них по пятам. Так что там слоеный пирог. Где наши, где немцы – непонятно, и надо будет двигаться с предельной осторожностью. У меня все. Есть вопросы?
Руку поднял Сазанов:
– Товарищ комдив, но как только мы двинемся, немцы сразу засекут нас по звуку моторов и накроют артиллерией. Звукари у них хорошо работают.
– Я об этом уже подумал. От дивизии Филиппова нам осталось несколько небольших складов с артиллерийскими боеприпасами, поэтому перед выходом мы поджигаем их. Не думаю, что они засекут наше движение при таком грохоте, хотя, конечно, осветительные ракеты, как и вчера, пускать будут, но нас у реки укроют складки местности. Самый опасный участок – это дорога перед бродом, она у немцев как на ладони. Но и тут у меня есть идея, как скрыть наше движение. Ответ прост. Дымовые шашки.
– Ясно, – задумчиво покивал лейтенант. Я плохо видел, уже совсем стемнело, но движение уловил.
В это же время вверх взлетели осветительные ракеты над немецкими позициями. Противник не хотел, чтобы мы вырвались из кольца, и делал вид, что его много.
– Теперь по нашим ближайшим действиям. Горюнов собирается уничтожить всю технику и тяжелое вооружение. В них входит и его зенитное оружие. Это две счетверенные установки «максим» на полуторках и три зенитных ДШК, они переносные. К сожалению, это все, что уцелело. Я уговорил его не делать этого, а под опись вместе с боеприпасами передать нам. Более того, вместе с расчетами. Не все согласились, но три полных расчета у нас теперь к ним есть. Зенитчики собрались вместе у штаба дивизии и ожидают нашего выдвижения, чтобы присоединиться, они сейчас под присмотром политрука Руссова. Поэтому сразу приказываю. Оба счетверенных «максима» входят в состав батареи младшего лейтенанта Индуашвили. По одному ДШК в первую и вторую батареи, им по штату положено. Остальное будет в третьей. Дальше. Уже стемнело, и небо закрыли тучи, поэтому сейчас отправляете своих людей и принимаете зенитки под свое командование. Чтобы во время движения путаницы не было. Майоров в этом старший.
– Есть!
– Непейбороде и сержанту Матвееву обеспечить постоянной техникой те ДШК, которые не имеют средств перевозки. То есть найти в автобате три машины и установить в кузовах ДШК. Запасные водители у вас есть. Начальнику штаба внести новую технику, вооружение и людей в штат дивизиона. На все про все вам полтора часа. Разойдись! Самакаев, Бутов, Майоров, задержитесь.
– Есть! Есть!.. – послышались возгласы, и командиры стали быстро расходиться.
– Товарищ старший лейтенант! – услышал я шепот Гоги Индуашвили, видимо, он не ушел с остальными.
– Что у вас, лейтенант?
– Разрешите полуторки, в которых установлены зенитки, заменить на ЗИСы? Они мощнее и груза берут больше.
– А успеете? – усомнился я.
– Успеем, товарищ старший лейтенант. Парни у меня опытные, помогут. А если не успеем, так потом при стоянке доделаем.
– Хорошо, разрешаю. Там из командиров остался один старшина. Веселов, кажется, у него фамилия, командир расчета. Так вот, в связи с этим разбиваю твою батарею на два взвода. Первым будет командовать старший сержант Семенов, вторым Веселов. С вооружением и расчетами сам разберешься. Свободен.
– Есть!
