рнканском заводе Крампа в Филадельфии по заказу русского адмиралтейства. «Варяг» имел серьезные дефекты. Основной из них заключался в том. что машины его часто выходили из строя, перегревались опорные подшипники гребных валов.
Крейсер «Варяг».
Проектная скорость «Варяга» была определена в * 23 узла, а в действительности он с трудом развивал в длительных переходах 17,5 узла.
Неудачным оказалось размещение орудии главного калибра на верхней палубе, отсутствовало прикрытие орудийной прислуги от осколков снарядов. Впоследствии это привело к массовым ранениям в спину и затылок.
О неисправностях машин на «Варяге» Рудневу сообщил его товарищ по корпусу капитан 1-го ранга Чагин, ставший свидетелем такого случая: в 1901 году в германском порту Киль состоялось свидание германского императора Вильгельма II с царем Николаем II. , прибывшим на яхте «Штандарт», которой командовал Чагин. Царскую яхту сопровождали яхта «Полярная звезда» и в качестве конвоира крейсер «Варяг».
По окончании торжеств яхты направились в открытое море. Поднял свой якорь и «Варяг», но вследствие *
очередной неисправности в машинах не смог следовать за яхтами. К немалому конфузу, на глазах всего германского флота, собранного в Киль по случаю свидания императоров, русскому крейсеру пришлось задержаться и производить починку. Немцы любезно, но, вероятно, с немалым злорадством, предложили техническую помощь, но наши моряки категорически ее отклонили. Уже далеко в море «Варяг» нагнал яхты, шедшие замедленным ходом.
Морское министерство знало о дефектах в машинах «Варяга», но не приняло никаких мер для их устранения. В таком состоянии крейсер и ушел на Дальний Восток.
«Варягом» командовал капитан 1-го ранга Бэр, обладавший сильной протекцией в высших кругах Петербурга. Он отличался крайней жестокостью в обращении с матросами. Бэр, старший офицер Крафт и несколько других офицеров по любому поводу жестоко избивали их.
Матросы всей душой ненавидели Бэра и других •«драконов», сторонников «палочной» системы, как могли мстили им втайне, ибо не имели права жаловаться, так как за это грозила каторга. Надо ли удивляться, •что «Варяг» имел самые плохие оценки боевой подготовки! На артиллерийских стрельбах меткость огня была низкая, подъем шлюпок и снятие с якоря запаздывали. На соревнованиях шлюпки крейсера обыкновенно приходили к финишу в числе последних. Бэр бесился и еще свирепее расправлялся с матросами, придираясь к мелочам. Как-то он заметил на палубе спичку, брошенную вероятно им самим же, и этого оказалось достаточно, чтобы избить первого попавшегося под руку матроса.
Однажды при подъеме сорвался и затонул катер. То ли это сделали намеренно доведенные до отчаяния матросы, то ли была простая случайность, сказать трудно. Во всяком случае, Бэр счел это «злым умыслом» н тотчас же доложил о случившемся командующему эскадрой. На «Варяг» прибыл адмирал. Экипаж построили на верхней палубе. Адмирал приказал:
— Виновные в потоплении катера — шаг вперед!
• Каково же было его удивление, когда вся команда четко сделала шаг вперед. Учитывая серьезность положения. адмирал, молча, повернулся и поспешил покинуть корабль. Доложили об этом случае в Петербург. Оттуда пришел приказ: освободить Бэра от командования «Варягом» «по болезни», но тем же приказом он зачислялся с повышением в должности в царскую свиту! Так правительство оберегало своих сторожевых псов.
Матросы говорили:
— Выслужился на нашем шкуре!
И тогда наместник и его единомышленники нашли долгожданный случаи «сплавить» Руднева из порта. В декабре 1902 года приказом по морскому министерству его назначили командиром крейсера «Варяг», что означало понижение в должности.
По этому случаю Алексеев пригласил Руднева «на чашку чая». Он лицемерно сокрушался по поводу ухода Руднева, а затем предложил тост за его «здравие».
С чувством глубокого возмущения ушел Руднев из дворца наместника, где, как ему казалось, не здравицу, а панихиду отпели!
Поздно вечером, когда в доме все уже спали. Руднев еще долго ходил по кабинету и беседовал сам с собой. Это была строгая, взыскательная исповедь перед своей совестью. Его устранили из порта. За что? Может быть, он допустил какие-нибудь промахи по службе? Но об этом речи не было. А что его ожидает в новой должности? Представился корабль, любимое море, матросы... Уж они-то будут уважать его, может быть даже полюбят! Сердце радостно забилось...
В последний раз направился Руднев в порт. Здесь, в штабе, собрались сотрудники, большей частью инженеры-механики, а также штатские служащие. Главный инженер обратился к Рудневу с краткой речью. Выступали и другие. Все выражали искреннее сожаление по поводу его ухода. От душевных слов простых людей становилось тепло на сердце.
Рудневу преподнесли на память серебряную братину работы искусных китайских мастеров. Эта братина весом около восьми килограммов находится в настоя-
щее время в Центральном военно-морском музее в Ленинграде.
