Вова посмотрел на меня, я кивнул, и он кулем сбросил тело на хирургический стол. Тело снова еле слышно застонало.
Я подошел и вытащил кляп изо рта пленника.
— Вы что творите, ублюдки? — прошипел он. — Да вам всем…
Договорить он не успел, так как кляп снова оказался во рту. Ну а нечего угрожать.
— И чего с ним делать? — спросил я. — Ругается, паршивец.
— Предлагаю подготовить пациента к беседе, — поигрывая скальпелем, предложил Евгений.
— Отрезать ему что-нибудь? — заинтересованно сказал Вадим.
— Ну да, пришивать пока нечего. Поэтому, для начала отрезать. А потом и пришить, без анестезии.
Кто как, а я тут же поверил словам этих двух врачей. Но виновник торжества, судя по всему, пока что не осознал нависшую над ним угрозу, он также злобно смотрел попеременно на всех нас и что-то там себе пытался мычать, раздувая ноздри. Ну-ка, проверим… Я вынул тряпку у того изо рта
— Да вы совсем охренели, уроды… — выкрикнул он в тот момент, когда смог говорить. Впрочем, его вонючую пасть после этой фразы я тут же снова заткнул.
— Товарищи, пациент не готов к общению, — сказал я.
— Да, точно стоит перед покаянием провести подготовку, — сказал Женя, подходя ближе. — Впечатлительных просим удалиться.
Никто, конечно же, не вышел, даже подошедшая одетая Вика с любопытством стала смотреть за «подготовкой». Хотел бы я сказать, что сейчас мы увидели мастер-класс по пыткам, но ничего такого не произошло. Правда, банальных ампутирований конечностей тоже не было. Евгений просто срезал одежду с руки пленника и мягкими движениями стал срезать с того кожу. Тот правда тут же стал вырываться, но ему на ноги тут же кинулся Вова, прижав к столу, а я и Мишка, наконец отлипший от своей цацки, разобрали себе остальные части тела, прижав к столу. Только Вика и главврач остались не у дел. Правда, Вадим все же участвовал иным путем — он отошел к шкафу, вернувшись с каким-то небольшим пузырьком.
— Нашатырь, — ответил он на мой неназванный вопрос. — На случай, если решит отрубиться.
— Мудро, — кивнул я, продолжая держать негодника.
Пять минут обработки, и я вынимаю кляп.
— Ы-ы-ы-ы, что же вы делаете, — у мужика буквально слезы из глаз лились от боли.
— Сам виноват, — просто ответил я. — Нечего обзываться. Понимать нужно, в какой ситуации и где находишься. Открою секрет — тебя тут никто не любит, так что никто нежничать не будет, лучше говори…
— Я все скажу, — продолжал тот ныть. — Больно, очень больно, дайте обезбаливающее.
— Может и правда вколоть ему какого-нибудь обезбаливающего? — предложил я.
— Не нужно, — покачал головой Евгений. — Пока у него подобный стресс, есть шанс, что врать не будет. А так может начать увиливать.
— Тебе видней. Эй, ты, одупляешь происходящее? Отвечай, кто ты и откуда?
— Да, од-дупляю, — заикаясь, сказал он. — Меня Дима зовут, местный я, местный. Отпустите меня, пожалуйста.
— Экий ты быстрый, — хмыкнул я. — Это ты с утра в нас стрелял? Пока мы на машине ехали.
— Сегодня? Да, я. Но промазал, видимо.
— Ну, в какой-то степени да, промазал. Зачем стрелял?
— Для прокачки.
— Хм, логично. Что за ствол у тебя такой?
— СВД! Вещь! — ответил вместо него Мишка. — Старенькая, но состояние близко к идеалу. Видно, заботились об оружии.
— Снайперская винтовка, значит? — заинтересовался я. — И где же ты взял ее? Вряд ли полиция носит, чтобы у них можно было отжать. Неужели у военных где-то стырил?
— Я сам военный, морпех, снайпером служу. Это моя винтовка, за мной закреплена. На учениях были, когда все началось. Ну я и не растерялся, прихватил ее…
— Да? — удивился я. — Какой ты продуманный. Может еще что прихватить сумел?
Вот тут мужик замялся, не желая говорить.
— Женя, товарищ артачится, может попрактикуешься с другой рукой?
— Не надо! — взвыл этот Дима. — Патроны, несколько гранат, автомат, пара штык-ножей. Все у меня дома.
— А дом твой где?
— На улице Каплунова, дом 13.
— Дык далековато отсюда в текущих реалиях. Как добрался? А главное зачем?
— Качаться приехал, тут интересней, — ответил тот. — На машине, ключи в кармане, ее оставил тут недалеко, у седьмого дома.
— Интересней, значит, качаться… А чего на людей-то? Особей не хватает?
— Не хватает. Точнее, людей больше и легче найти.
— Ну и урод же ты… — сказал, будто выплюнул, Вован. — И так тут думаешь, как не попасться тварям, а тут еще вот такие уроды по своим же стреляют!
— И многих ты уже успел подстрелить? — заинтересовался я.
— Нет, — ответил тот. — Вообще никого!
— Вот же трепло. Витьку наглухо завалил, — вздохнул Евгений. — Что делать будем с уродом?
— Отдайте меня полиции! Я во всем признаюсь, пусть судят.
Вот сейчас все, даже Виктория, посмотрели на пленника как на дурачка.
— Отпускать точно нельзя, — покачал я головой.
— Помогите! Полиция! — начал орать стрелок, поняв, что дело пахнет не сильно хорошо. Правда я тут же заткнул ему рот все тем же кляпом.
— Саша, ты? — спросил меня Женя, передавая пистолет, который достал из кобуры. — Твоя же все-таки добыча. Заодно и прокачка.
— Прям здесь и сейчас? — удивился я. — Спасибо, у меня свой есть, отобранный у этого же типа.
— А чего тянуть?
