Прибыв к вечеру 24 февраля под стены, а вернее частокол крепостицы Самар, после Жигулевской битвы, обоз остановился отдохнуть, привести себя в порядок, освоить трофеи, похоронить убитых. Макарий Козлобород сразу убыл в поселение к сотнику наемной охранной сотни и старшему кормщику, зазимовавших здесь команд малых лодий и насадов. По настоянию Пирогова, поддержанного и остальными 'витязями', переселенцы встали лагерем на лугу около восточной стены Самар. Решив дать отдохнуть людям и животным два дня. За это время переформировать обоз, перераспределив людей по возам, количество которых должно вырасти за счет фуража, продуктов и запасов зерна, а так же небольшого количества забираемого металла. На складах оставался почти весь металл и небольшое количество зерна (рожь, пшеница, овес, ячмень), а так же круп (пшена, гречи и совсем немного риса). Так же необходимо было выделить часть мужчин в табунщики для выпаса табуна трофейных коней, которых не смогли всех запрячь в возы, не было необходимости в таком количестве возов. Выход каравана назначили на 26 февраля.
На утро 25 числа Черный и Золотой совершили визит вежливости к сотнику и старшему кормчему, а заодно необходимо было проинспектировать склады на предмет наличия хранимого и условий его хранения. Хотя многочисленные скирды сена, тут и там разбросанные по заснеженному левому берегу реки Самары были видны и так, без всякой ревизии.
'Ревизионная комиссия' оделась соответственно моменту, по принципу 'встречают по одежки, провожают по уму', благо после заезда в Москву, было, во что оденется в соответствии с требованиями местного этикета почти на все случаи жизни, не умаляя своего статуса. Вот и одевшись, как полагается Черный с Золотым в сопровождении четверых боевых холопов, выглядевших по представительней и наряженных во все новое и богатое, на конях направились с визитом в поселение.
