У Перегудова на щеках проступил румянец. Первый раз я видел его таким размягченным, расстегнувшим свой панцирь. Но я не верил ему. Какой-то злой демон нашептывал мне, что эта его расслабленность не что иное, как маневр, преследующий определенную цель. Мне стыдно было так чувствовать, я бы рад был вместе с ним зарыдать от горя, но разве властны мы над своими ощущениями.
- Тогда я попозже зайду, Владлен Осипович, - сказал я, - после обеда, что ли?
Перегудов точно вернулся откуда-то из заоблачной выси.
- А что такое?
- Вы ничего не сказали по поводу этого, - я показал на свой отчет.
Перегудов удивился:
- Все в порядке, Виктор Андреевич. Не сегоднязавтра в Москву приедет Никорук, и мы обсудим частности. В принципе все ясно. Они берутся исправить неполадки в течение двух-трех месяцев. Нас это устраивает.
Я извлек из портфеля письмо и бумаги Прохорова.
- Вам посылка от старого знакомого, чуть не забыл. От Прохорова Дмитрия Васильевича.
Перегудов сморщился:
- Да уж, старый знакомый.
Он отложил пакет на угол стола, где у него, я знал, лежали бумаги, подготовленные в архив.
- Прохоров считает, что на доводку узла потребуется значительно больше времени. Не два-три месяца.
- Прохоров так считает? - усмехнулся Перегудов, и на лицо его вернулось обычное выражение спокойного торжествующего превосходства. Голос его обрел знакомую властность, зарокотал в басовом ключе. - Прохоров, значит, так считает? А кто он - этот Прохоров? Академик? Эксперт по особо важным делам? - И тут же смягчился: - Помню, помню, как же.
Дмитрий Васильевич обладает своеобразным даром убеждения. Вижу, что и вам он сумел, как выражается моя дражайшая дочурка, запудрить мозги.
Я с трудом подавил ярко вспыхнувшее воспоминание о каком-то дожде, мокрых милых щеках, бессвязном доверчивом лепете.
- Помните, Владлен Осипович, вы сами уверяли, что Прохоров обладает незаурядными способностями...
- Ну и что же? - спросил Перегудов.
- Тут его расчеты и выводы, - сказал я и с невинной улыбкой переложил пакет из архивного угла под локоть Перегудову. - Он головой ручается за их верность.
Несколько мгновений Владлен Осипович смотрел на меня в упор. Я выдержал его взгляд, продолжал невинно улыбаться.
- Ручательство головой Прохорова - это не аргумент, - миролюбиво заметил Владлен Осипович, опустив руку на пакет, как в прежние времена клали ладонь на библию, клянясь говорить только правду. - Хорошо, Виктор Андреевич, чтобы помочь вам освободиться от навязчивых импульсов, обещаю внимательнейшим образом просмотреть эти... бумаги. Вы удовлетворены?
С тем я и удалился, провожаемый недоверчивым взглядом Перегудова.
