– А когда вы поняли, что девушка была мертва? – поинтересовался прокурор.
– Когда Билл ушел, я позвал Эшли, но она не отозвалась. Тогда я подошел поближе и понял, что она… ну, в общем, она не шевелилась и не подавала признаков жизни. Билл оставил ее лежать на холодной плитке, как ни в чем не бывало.
– И что вы сделали? – допытывался прокурор.
– Я первым делом забрал колье, а потом заметил рядом ее телефон. И тогда я написал сообщение про выигрыш и сфотографировал ее в купальнике.
– Как же тело оказалось в воде?
– Я услышал шаги в коридоре и испугался, что кто-то застукает меня с телом, – нервно теребя галстук, сказал Парис. – Я ведь не убийца. Я был вне себя, не знал, что делать.
– И что же вы сделали?
– Я столкнул тело в воду и ушел, – тихо сказал Парис.
– Ну, что ж, – после некоторой паузы сказал прокурор. – Думаю, пришло время пригласить следующего свидетеля – мистера Билла Картера. Мне кажется, мы в одном шаге от истины.
Билл Картер нерешительно зашел в зал суда и настороженно осмотрелся. Его нервы были накалены до предела из-за событий последних дней и первого в его жизни тюремного заключения. А необходимость засвидетельствования в суде вызывала у него такое сильнейшее внутреннее напряжение, что он с трудом сдерживал рвотные позывы, вызванные сильнейшим несварением желудка.
– Прошу вас, мистер Картер, – провозгласил прокурор. – Расскажите нам, пожалуйста, где вы были и что вы видели в ночь убийства Эшли Эванс.
– Я спал, – потирая вспотевшие руки, бросил Билл. – Я спал всю ночь, я ничего не видел.
– Мистер Картер, вы ведь понимаете, что вы несете уголовную ответственность за дачу ложных показаний, – криво усмехнулся прокурор. – Давайте попробуем еще раз. Что вы делали той ночью с обнаженной Эшли Эванс у бассейна? Вы надевали на нее бирюзовый купальник?
Билл рефлекторно сглотнул комок в горле и еще раз нервно осмотрел зал суда, чтобы убедиться, что его жены здесь нет.
– Прошу вас говорить только правду, мистер Картер, – добавил прокурор. – Потому что благодаря показаниям других свидетелей и подозреваемого, мы уже почти восстановили полную картину той роковой ночи. Но нам нужны последние детали, чтобы этот пазл сложился. И если ваши показания пойдут вразрез с показаниями других лиц, мы мгновенно об этом узнаем. Так что, пожалуйста, соберитесь и расскажите нам, что вы делали и что видели той ночью, когда была убита Эшли Эванс.
– Я проснулся ночью в три часа, когда у Эшли заканчивалась смена, – вцепившись потными пальцами в подлокотник кресла, пробормотал Билл. – Я просто хотел… я хотел забрать ее телефон, чтобы удалить все компрометирующие фото. Она вела этот дурацкий фотоотчет в Инстаграме и выкладывала все фото с каждого свидания. Я просто не мог допустить, чтобы моя жена их увидела. Она бы мне никогда не простила. Она очень ревнивая.
– Понятно, – кивнул прокурор. – И что же было дальше? Вам удалось похитить телефон Эшли?
– Да, – тихо ответил Билл.
– Мистер Картер, вы забрали этот телефон до или после смерти Эшли? – поинтересовался прокурор, заставив Билла вздрогнуть.
– До смерти, конечно, – вздрогнув, ответил тот. – Я взял его в шкафчике Эшли.
– А как тогда получилось, что вы надевали на нее купальник и маску?
– Я сначала ушел, но потом вернулся… – тихо ответил Билл. – Я думал, что помнил ее пароль, чтобы разблокировать экран, но он не сработал. Я не мог удалить фото с Инстаграма, не разблокировав экран. Тогда я вернулся назад в бассейн. Я видел, что Эшли часто разблокировала телефон отпечатком пальца. Я пришел опять в бассейн, а она уже была мертва. Я ее не убивал, клянусь вам.
– И что вы сделали, когда нашли тело? – продолжал допрос прокурор.
– Я… я очень боялся, чтобы меня не обвинили в убийстве, потому что я не виновен. Я тогда разблокировал телефон и не придумал ничего лучше, чем надеть на нее купальник и маску. Я нашел их в ее шкафчике. Так тело выглядело менее подозрительно.
– И вы просто хладнокровно оставили ее тело там, на плитке около бассейна? Даже не попытались вызвать скорую помощь? Может, ее можно было еще спасти, – удивился прокурор.
– Ну да. Я услышал приближающиеся шаги и потом быстро убежал, – пояснил Билл.
– Кто, по вашему мнению, ее убил? – с задумчивым видом спросил прокурор. – Вы кого-нибудь видели входящим или выходящим из бассейна?
– Ну… в тот вечер я видел там всех, – пожал плечами Билл. – Почти всех – и Париса, и Николь, и Даниэля… Я не знаю, кто мог ее убить. Может, Парис ради выигрыша?
– Благодарю вас, мистер Картер, – сказал прокурор. – Это было очень познавательно. Ваша честь, – обратился он к судье. – У вас есть какие-либо вопросы или замечания к данным свидетелям? Или перейдем к мисс Смарт и убийству следователя Шанталь Уайт?
– Я свои замечания выскажу в конце слушания. А пока перейдем к убийству следователя, – сухо отозвался судья. Его лицо сохраняло невозмутимо-нейтральное выражение, совершенно не позволяя присутствующим понять, убедили ли его доводы обвинения.
Прокурор уважительно кивнул и обернулся к длинноволосой блондинке, сидящей рядом с Парисом.
