Промучившись целый час, он понял, что почти опоздал на ужин. И дал себе слово сегодня же подойти к наставнику и попросить его забрать деньги назад.
В конце концов, как запихал, так пускай и вытаскивает.
А он... Он бедный, конечно, но не нищий!
Вся компания Тима — Анка, трое рыжих Дисталей и полдюжины племянников всех мастей — уже поели и болтали на террасе, сдвинув сразу четыре столика.
До Тима дошло, что эрго придётся отдавать втихаря. Если он пойдёт к наставнику у всех на виду, то и рассказывать эту историю придётся всем. И все ему скажут, что надо было сразу кидать эрго наставнику в морду. А он...
Тим жевал салат и с тревогой озирался. Он же дал себе слово! Раз решил подойти и отдать деньги...
Он высмотрел за самым крайним столиком Сайко и её компаньонку. Но наставника с ними не было.
Не появился Дерен и на танцевальном вечере. Где его поселили, Тим не запомнил и стеснялся спросить. Да и у кого? Сайко сразу начнёт что-нибудь подозревать, она же в курсе всей этой истории.
Парень уговорил себя, что встанет пораньше и отдаст Дерену деньги перед дуэлью.
И сосредоточился на развлечениях.
Танцы и в самом деле отвлекли его от дурных мыслей, но ночью прихватило по новой. Тим снова ворочался и не мог уснуть.
Пару раз он порывался идти искать спальню этого идиота наставника. Его осенило, что можно расспросить кого-то из слуг. Но... как вломиться к почти незнакомому человеку?
Здрасьте, я вам деньги пришёл вернуть?
На этой мысли Тим всё-таки задремал и едва не проспал дуэль. Его разбудил весёлый и бодрый Анка.
— Ты готов? — он распахнул дверь в спальню Тима и вытаращил глаза: — Да ты ещё не оделся! А ну, стартуй хайбором! Нам же нужно ещё палки готовить!
Тим понял, что утром он тоже не сможет отдать эрго, и поплёлся за Анкой в парк.
Он уже понимал, что совершил какое-то неведомое преступление, и расплата придёт очень скоро.
На оговорённое для дуэли место на берегу реки парни принеслись бегом. Там их уже ждали все трое рыжих. Только Данни всё ещё не было.
Краска, к счастью, хранилась у Тима.
Он достал приготовленные перчатки, срезал две толстые длинные ветки нужного дерева и на одну из них нанёс краску.
Она сразу впиталась, и заметить её невооружённым глазом было практически невозможно. Через полчаса она вступит в реакцию с древесным соком и проявится — мама не горюй! Такие отпечатки оставит — не отстираешь!
Анка повесил над полянкой голограмму песочных часов. До оговорённого времени оставалось двадцать пять минут.
Он начал тыкать в номер Данни, но номер вёл себя как неактивный.
— Сломалось что-то? — встревоженно спросил рыжий Дикси.
— Наверное, — раздражённо кивнул Анка. — Беги за ним! Мы постараемся затянуть время.
— Да ты чего! — возмутился Дикси. — Тут полчаса надо бежать! Он или сам уже ломится по кустам, или мы его притащить не успеем.
У Тима вдруг защемило в груди. Какое-то дурное предчувствие... Деньги эти, Данни пропал...
А вдруг к Данни тоже приходил Дерен? И Данни сказал ему что-то не то, не взял эти проклятые эрго, и Дерен его убил.
Ведь если бы Тим не взял деньги, никто не знает, вернулся бы он в усадьбу? А что если Дерен воспользовался бы какой-нибудь психической штукой? Отсроченным внушением смерти?
Тим уже решился было обо всём рассказать Анке и парням, но номер Данни вдруг отозвался. С него пришло сообщение и вывалилось голограммой посреди поляны.
На голо был сам Даниэль Антарайн собственной персоной. Вид у него был отстранённый, и Тим сразу понял: это не трансляция — запись.
— Приношу извинения за моё вынужденное отсутствие, — сказал Данни, глядя в пустоту. — Мне пришлось срочно улететь этой ночью. Послание я записал в космопорту, и, боюсь, мой номер уже не активен. Но сообщение заархивировано и отослано на маяк. Вы его скоро получите. Благодарю за оказанную честь знакомства с вами, но у меня дурные предчувствия и я нужен дома.
— Хэдова бездна! — вырвалось у Тима.
Вот оно, значит, как! Мать Тима всё-таки уговорила Данни лететь домой!
А он, дурак, чуть было не раскололся.
Наверное, мать достала заключение медиков о том, что отец Данни при смерти. И он наконец поверил.
Парням об этом не стоило пока ничего говорить. Иначе Анка задумается, откуда Тим узнал о болезни отца Данни. Официального-то объявления не было.
— Чё-то случилось, наверное, — подытожил Дикси.
— Надо переиграть с секундантами, — предложил Румо. — Я заменю Данни. Или пускай его заменит Николь-Арлен.
— А я? — возмутился Дикси.
— Тебе нет шестнадцати, — нахмурился Анка. — В кодексе прописано, что малолеткам нельзя.
— Да кто сказал, что надо играть по правилам! — надулся Дикси. — Откуда он знает, что написано в кодексе?!
— Дикси, не зарывайся, — одёрнул его Тим. — Надо, чтобы всё было честно!
