Она промчалась этими кустами, прижимая к себе на удивление спокойного ребёнка. Впрочем, наверное, в его спокойствии ничего удивительного: привыкшая к стремительным перемещениям, Вика бежала ровно, не беспокоя малыша. И, пока бежала, постоянно чувствовала, что ребёнок неизвестно каким способом создаёт вокруг неё настоящую капсулу с твёрдыми стенами, сквозь которые никто с другой стороны прорваться не сумеет.
“Я сошла с ума? - беспорядочно думала она. - Что я делаю?! Это похищение?! А как я буду его кормить? Найду - как! Спрячу его где-нибудь и буду воровать, грабить, лишь бы он ни в чём не нуждался!.. Но мне даже жить негде! Потом соображу, как и что сделать! Сейчас он единственная моя защита! Я не хочу возвращаться туда!.. Но та девчонка?! Что будет с ней и её телом?! Пусть сами думают, а я прорвалась и не хочу, не хочу возвращаться!”
Она плакала, пробегая кустами и деревьями парка, стремясь - сама не зная, куда. Ребёнок прижался к ней и задремал: наверное, пришёл час его дневного сна, и Вика посматривала на него потрясённо, успевая оглядываться по сторонам: не заметил ли кто, что она бежит в панике? Да ещё с ребёнком на руках? Остановят - как объяснить, что происходит? Сказать - напугал хулиган? Хорошая причина - надо бы запомнить!
Но что дальше? Отвечать на этот вопрос Вике не хотелось. Сейчас и здесь она защищена! А потом чутьём, выработанным за долгое время в другом месте, она поняла, что за ней гонятся, идут по следу. Как?! Как эти люди определяют её след?!
Берегом реки она бежала с полчаса, но, дыша как загнанный зверь, вскоре пришла к выводу, что нет смысла: сейчас её поймают и отберут ребёнка - её защиту! А её снова… Может, даже на глазах преследователей её снова утянет туда, где опять придётся драться за свою никчемную жизнь! “Не хочу-у!” - взвыла она, слепая от ужаса.
И последняя надежда, что её не найдут - дурацкая надежда на береговые кусты. Она вломилась в них и села на землю, держа ребёнка на ногах, подтянутых к груди, обняв его так, чтобы не видно было. “Он же не кричит, - лихорадочно успокаивала она себя. - Они могут пробежать мимо… Господи, сделай так, чтобы они пробежали мимо!”
Но преследователи - слышала она - остановились напротив её кустов. Потом быстрые шаги - и ветви раздвинула та самая голубоглазая женщина. Смотрела на Вику пару секунд, а потом с глубочайшим презрением и ненавистью велела:
- Отдай моего ребёнка!
- Не отдам!! Не отда-ам!! - завизжала девушка, прижимая к себе ребёнка.
Визг был такой громкий, что малыш проснулся и заплакал. Но Вика сдерживаться уже не могла. Понимала где-то глубоко внутри себя, что только портит всё на свете, но страх был сильней. Но за спиной женщины встали мужчины, и девушка поняла, что это конец. Вздрагивая от продолжающихся рыданий, она протянула женщине малыша и бессильно опустила руки. Сейчас она окажется там, на вершине серо-белого холма. Люди из её группы обрадуются, что обморок продлился меньше обычного, и начнётся всё сначала - безнадёга существования в мире, который умирает.
Она даже не стала смотреть, как уходит женщина с ребёнком, а за ней мужчины. Просто ждала, тихонько воя…
- Слушай, а ты кто? - склонился над ней черноволосый парень, а потом присел на корточки. - На вот тебе платочек…
Она секунду смотрела на этот платочек со складками и думала о том, что этот парень сейчас будет свидетелем странного зрелища: она резко упадёт на землю, словно в обмороке… А парень, видимо устав ждать, взял и промокнул её слёзы, осторожно притрагиваясь платочком к лицу, будто боялся прикосновением причинить ей боль. Он что - не презирает её за похищение ребёнка? Не думает, что она слабоумная?
- Ух ты… - вдруг сказал он, быстро поднялся на ноги и повернулся в сторону реки. - Володя! Сюда!
Она равнодушно сидела на земле и так же равнодушно подвывала, не в силах остановиться, дожидаясь этого Володю, который зачем-то понадобился черноволосому парню. И ждала, ждала, когда же… Но пока почему-то ничего не происходило. Она даже слабо удивилась и подняла глаза на парня. Он стоял странно: вытянув руку с раскрытой ладонью к ней. Когда она сквозь непрерывные слёзы заметила странное свечение этой ладони, изумление заставило её замолчать.
Затрещали кусты, и появился, наверное, Володя - высокий белобрысый мужчина.
- Что? - недовольно спросил он.
- Не что, а кто! - резко откликнулся парень. - Вы даже не посмотрели на неё! А её спасать надо!
- Ох ты ж… - ахнул белобрысый Володя и тоже сел перед Викой на корточки.
Слёзы высохли мгновенно. Девушка ошеломлённо смотрела на мужчин и не могла понять, что происходит. Белобрысый внезапно взял её безвольную руку и спросил:
- Давно это с тобой?
- Что… это? - заикаясь, спросила она.
- Как тебя зовут?
- Ви-ика.
- Ты ходишь пространствами?
Она помолчала, не веря тому, что он сказал. Разве такое на Земле известно?! Не может быть! Он называет это хождением по пространствам? Так легко?
- Зачем ты похитила ребёнка Таси? Он закрыл тебя от непроизвольного хождения?
