– Все выше, выше и бум! – Она хихикнула. Очень суперпентотальное хихиканье – той тревожной категории, означавшей, что на каком-то уровне своего оглушенного наркотиком мозга она вовсе не хихикает. А кричит. Как Майлз когда-то… – Только вот дело в том, – добавила она, – что что-то тут не так.
Это не ложь. Майлз вернулся к столу и взял инъектор с антидотом.
– Хотите что-нибудь еще узнать, пока она под действием наркотика? – спросил он профессора. – Или пора возвращать ее в нормальное состояние?
Фортиц, чей взгляд оставался отсутствующим, будто он усиленно размышляет над только что услышанной революционной идеей, посмотрел на глупо улыбавшуюся Риву.
– Думаю, нам понадобятся все имеющиеся в наличии мозги. – Он сморщился, как от боли. – Вполне понятно, почему она не очень хотела делиться с нами своей теорией. В случае, если догадка верна…
Майлз со вторым инъектором подошел к Риве.
– Это антидот. Он нейтрализует наркотик в вашем организме буквально за минуту.
К его немалому изумлению, женщина остановила его.
– Подождите. Я поймала. Я почти вижу это мысленно… Как видеоизображение… энергия перетекает, течет… поле… погодите.
Закрыв глаза, она откинула голову, тихонько выстукивая ногами ритм по полу. Улыбка появлялась и исчезала, появлялась и исчезала. Наконец, резко открыв глаза, она вперилась в Фортица.
– Ключевое слово – эластичный возврат, – провозгласила она. – Запомните.
Переведя взгляд на Майлза, женщина протянула руку.
– Теперь можете вводить, милорд. – Она снова захихикала.
Майлз прижал инъектор к голубой вене на протянутой руке. Послышалось шипение. Отвесив ей странный полупоклон, он отошел и стал ждать. Расслабленное тело доктора Ривы напряглось, она зарылась лицом в ладони.
Примерно через минуту она, моргая, подняла голову.
– Что я только что сказала? – обратилась она к Фортицу.
– Эластичный возврат, – ответил он, пристально глядя на нее. – Что это значит?
Некоторое время она молчала, изучая взглядом свои ноги.
– Это значит… Что я скомпрометировала себя ни за грош. – Рива горько поджала губы. – Агрегат Судхи не сработает. Или не сработает, чтобы свернуть п-в-туннель.
Она выпрямилась, встряхнулась и потянулась, чтобы размять занемевшее от наркотика тело.
– Я думала, меня от этой штуки затошнит.
– Реакция бывает самая разная, – пояснил Майлз. Хотя никогда не видел такой реакции, как у нее. – Одна женщина, которую мы недавно допрашивали, сказала, что почувствовала себя отдохнувшей.
– Этот наркотик произвел удивительнейший эффект на мое внутреннее видение. – Она глянула на инъектор с оценивающим уважением. – Возможно, я как-нибудь воспользуюсь им для дела… – Хотелось бы мне при этом присутствовать. Майлз внезапно представил себе, как воспользуется наркотиком, чтобы подстегнуть свою интуицию – это же мгновенное озарение! – но тут же вспомнил, что на него – увы! – суперпентотал оказывает совсем другое действие… Рива посмотрела на Майлза. – Если когда-нибудь вылезу из барраярской тюрьмы. Я арестована?
Майлз пожевал губу.
– За что?
– Разве это не нарушение клятвы верности и неразглашения?
– Вы не нарушили клятвы о неразглашении. Пока. Что же до другого… Нечто может стать просто потрясающе невидимым, если два Имперских Аудитора заявят, что ничего не видели.
Фортиц внезапно улыбнулся.
– Кажется, вы давали клятву говорить правду, лорд Аудитор?
– Только Грегору. А что мы говорим остальному миру – это тема с вариациями. Просто мы этого не рекламируем.
– Это, увы, чистая правда, – вздохнул Фортиц.
– Как вы объясните Имперской безопасности нехватку одной дозы?
– Во-первых, я Имперский Аудитор и не обязан никому ничего объяснять. А меньше всего – Имперской службе безопасности. Во-вторых, мы использовали ее экспериментально, чтобы подстегнуть деятельность мозга. Что, на мой взгляд, чистая правда, так что я с полным правом собираю свой урожай.
Рива расцвела в искренней, несколько смущенной и удивленной улыбке.
– Понимаю. Кажется.
– Короче, ничего этого не было. Вы не арестованы и у нас впереди куча дел. Хотя не сочтите за труд, удовлетворите мое любопытство, прежде чем я позову обратно наших младших коллег, – изложите вкратце вашу логическую цепочку. Только не в математических терминах, пожалуйста.
– А это пока что исключительно в нематематических терминах. Хотя если я не смогу подвести под это реальные цифры, то… что ж, тогда придется отбросить данную версию как забавную галлюцинацию.
– Когда вы на нас это вывалили, то казались довольно уверенной.
– Я была ошарашена. Не столько убедительна, сколько обалдевшая.
– Но обнадеженная?
– Ну… не знаю толком… – Она покачала головой. – Я вполне могу ошибаться, и не в первый раз. Но вы знакомы, я полагаю, с примерами обратной связи в резонансных явлениях. Усиление звука, например?
– Да, пронзительный визг.
– Или чистая нота, от которой разлетается стекло. А что касается предметов, то вам известно, почему солдаты не ходят в ногу по мосту? Чтобы от резонанса не рухнул мост.
