– С другой стороны, вполне возможно, что я был ее тайным грехом, там, на Бете. А здесь я для нее чудовищная помеха. Может, она просто хочет, чтобы я отвалил и оставил ее в покое.
– Не похоже, судя по прошлой ночи, – выгнула бровь графиня. – Ку с Дру чуть ли не силой пришлось отрывать ее от нашей двери.
– Вот как! – Марк чуть просветлел.
– Изменились ли твои цели после года на Бете? Кроме желания, чтобы Карин отвечала тебе взаимностью, я имею в виду.
– Не то чтобы изменились, – медленно ответил Марк. – Скорее приобрели более конкретные черты. Сфокусировались. В моем лечении я добился некоторых вещей, так мне необходимых, чтобы… строить нормальную жизнь. И это навело меня на мысль, что, возможно, и остальные мои задумки не так уж невозможны.
Она поощрительно кивнула.
– Школа… Школа экономики дала мне многое. Я приобрел нужные знания и навыки. И действительно начал понимать, что я делаю, и мне нет необходимости изображать понимание, как прежде. – Он покосился на мать. – Я не забыл об Архипелаге Джексона. Я все время думал о непрямых способах прихлопнуть деятельность этих чертовых мясников, производителей клонов. У Лили Дюрон есть кое-какие соображения насчет терапевтических способов продления жизни, которые вполне способны конкурировать с джексонианской пересадкой мозга. Они безопаснее, почти столь же эффективны и куда дешевле. И это позволит переманить у баронов клиентов, экономически подорвать их мощь, пусть даже я не могу уничтожить их физически. Всю дополнительную наличность, что мне удавалось набрать, я вкладывал в группу Дюрон, в их научные исследования. Если дело пойдет хорошо, мне будет принадлежать контрольный пакет акций, – криво улыбнулся он. – И я по-прежнему хочу иметь достаточно денег, чтобы больше никто и никогда не имел надо мной власти. И я начал понимать, как этого добиться. Не в один день – постепенно, шаг за шагом. Я… хм… Я бы не возражал создать на Барраяре агропромышленное предприятие.
– И на Зергияре. Эйрел очень заинтересовался возможностью распространения твоих жучков среди колонистов и фермеров.
– Правда? – У Марка отвисла челюсть. – Даже несмотря на герб Форкосиганов у них на спинках?
– М-м-м, пожалуй, было бы разумнее сначала снять с них ливреи, а уж потом – предлагать их Эйрелу, – подавила улыбку графиня.
– Я не знал, что Энрике это затеял, – в виде оправдания сказал Марк. – Хотя жаль, что ты не видела выражение лица Майлза, когда Энрике ему их преподнес. Это почти того стоило… – Он вздохнул, вспоминая, но тут же снова отчаянно покачал головой. – Но какой во всем этом прок, если мы с Карин не сможем вернуться на Колонию Бета? У нее нет на это средств, если родители не помогут. Я могу оплатить ей дорогу, только… не уверен, что это правильно.
– А! Очень интересно, – заметила графиня. – Боишься, Карин подумает, будто ты пытаешься купить ее привязанность?
– Я… не уверен. Она очень щепетильна. Мне нужна любовница. А не должник. По-моему, было бы серьезной ошибкой невзначай… засунуть ее в другую клетку. Я хочу дать ей все. Но не знаю как!
По губам графини скользнула странная улыбка.
– Когда люди отдают друг другу все, это равноценный обмен. И каждый выигрывает.
Марк ошарашенно покачал головой:
– Очень странная сделка.
– Наилучшая. – Графиня допила чай и поставила чашку. – Так. Не хочу вторгаться в твою личную жизнь, но помни: у тебя есть право просить помощи. Отчасти для этого и существует семья.
– Я уже и так вам должен слишком много, миледи.
– Родителям долги не возвращают, Марк. Это невозможно. Твой долг перед ними переходит твоим детям, которые передают его дальше. Такая вот цепочка. Но если у тебя нет детей, то он остается как твой долг перед человечеством. Или Богом, если он у тебя есть.
– Не уверен, что это честно.
– Семейные отношения не входят в статистику ВНП планеты. Это единственный известный мне вид сделки, в которой ты, отдавая больше, чем получаешь, не становишься банкротом. А скорее наоборот – становишься намного богаче.
Марк переварил сказанное. Интересно, а какого рода родственником ему приходится породитель-брат? Явно большим, чем просто брат, но уж точно не мать.
– Ты можешь помочь Майлзу?
– Это куда сложнее. – Графиня расправила юбку и поднялась. – Я не знала госпожу Форсуассон всю ее жизнь, как знаю Карин. И не совсем понятно, что я могу сделать для Майлза. Я бы сказала «бедный мальчик», но исходя из того, что я слышала, он сам себе вырыл яму. И боюсь, вылезать из нее ему придется тоже самостоятельно. – Она решительно кивнула, будто умоляющий о помощи Майлз уже отправлен искать решение самостоятельно.
Он сознавал, что весь склизкий, липкий. Нужно сходить в туалет и помыться. И помочь Энрике искать пропавшую королеву, пока она не устроила гнездо в какой-нибудь щели и не начала плодить новых ливрейных жучков. Вместо всего этого Марк кинулся к комму и попытался дозвониться до резиденции Куделок.
