А девушек, с которыми развлекался Супонев, у него имелось предостаточно. Его водитель их ему и поставлял, иногда прогуливаясь по дискотекам и барам, а также по московским ночным клубам. В общем, подобные развлечения были приятны всем – и Супоневу, который получал разрядку, и девушкам, которые получали то дорогие подарки, то изрядные суммы в зеленой валюте.
Когда девушка покинула автомобиль, Супонев взял трубку спутникового телефона, повертел ее в руках, а затем быстро указательным пальцем – тем, которым он буквально минут пять – шесть тому назад ласкал клитор девушки, набрал номер одного из своих партнеров по бизнесу.
– Ну, как ты там? – спросил Супонев.
– Ничего, Матвей Гаврилович. Вот пытаюсь договориться насчет камней.
– Хорошие камни?
– Да наши, якутские.
– Партия большая?
– Для вас она средненькая.
– Я, наверное, в этом поучаствую, – бросил в трубку Супонев. – Завтра заеду к тебе и обо всем перетолкуем. Тут кое-что надо будет уладить с ребятами из правительства Якут-Сахи.
– Так ты же, наверное, знаешь, Матвей Гаврилович, Де Бирсу это не нравится.
– А кто такой Де Бирс? Не знаю я такого.
Мы с тобой в городе хозяева или какой-то сраный Де Бирс?
– Мы, конечно, – хрюкнул в трубку абонент Матвея Гавриловича.
– Ну так вот, если мы хозяева, так мы сами и решим. И не колышет меня какой-то там Де Бирс. У него свои дела, а у нас с тобой – свои. И если надо будет, так мы и с твоим этим Де Бирсом долбанным договоримся.
– Вот и я думаю – договоримся.
– Деньги мы перевели.
– Знаю, управляющий банком звонил. – Ну вот видишь, а ты волновался.
– А я всегда волнуюсь, когда дело связано с деньгами. А кто не волнуется, Яша, так у того денег нет и никогда не будет. Деньги – это такая материя, которая любит, чтобы о ней волновались и переживали.
– Это точно. Погоди, я тебе позже перезвоню, тут ко мне пришли.
– Ладно, договорились. Вечером я буду дома.
– Где – в городе или за городом? В каком доме ты будешь в Москве? Тогда, может быть, я тоже заскочу? Приглашаешь?
– Нет, не надо. Я хочу отдохнуть.
– Ладно, отдыхай. А как прошел твой саммит с авторитетами от политики?
– Все нормально, Яша, не волнуйся. Они нас поддержат в любом случае.
– Ну и слава богу. А налоги поднимут?
– Поднимут. Но ты не волнуйся, на тебя они распространяться не будут.
– А на тебя?
– Я им столько плачу к чертям моченым, что им грех с Матвея Гавриловича Супонева еще чего-то требовать.
– Тут мне звонили наши друзья. К ним какая-то проверка приехала на полигон.
– Какая на хрен проверка? – Супонев, услышав о проверке, тут же подобрался, ведь разговор шел об очень важном деле.
– Три офицера приехали из ГРУ.
– Фамилии их знаешь?
– Конечно же знаю.
– Потом скажешь.
– Хорошо.
– А кто звонил, Борщев что ли?
– Да нет, Иваницкий.
– Так ты сказал, чтобы сделали как всегда? Столы накрыли, девочек привезли… Офицеры ведь тоже люди, тоже потрахаться не против.
– Я естественно сказал, но эти козлы будто бы другой породы.
– Какие еще козлы?
– Офицеры из ГРУ.
– А ты связался с нашими вояками?
– Конечно связался. Они обещали уточнить что и к чему.
– Вот пусть и уточняют, – сказал Супонев, бросая трубку.
Затем он внимательно осмотрел свои брюки и остался удовлетворен. Брюки остались чистыми, хотя немного помятыми. В теле разливалось приятное ощущение, как после хорошо сделанной физической работы.
Быстро, по-военному, подполковник Борщев оделся и уже через двадцать минут на командирском «Уазике» они с Иваницким мчались по полигону, вызывая по рации дежурного офицера.
– Где проверяющие? – кричал Иваницкий.
– Только что их видели возле поста № 3.
– Идем на перехват, – сказал Иваницкий, толкнув в плечо водителя, отчего машина вильнула.
– Они по дороге, а мы проселком. Перехватим их как раз на углу площадки, у маленькой вышки.
– Давай, дави на педаль и не рассуждай, – с заднего сиденья рявкнул Борщев, предчувствуя нешуточную опасность. И тут же связался с постом № 3, поинтересовавшись, куда направился «рафик» с московскими номерами.
Сверху – над землей, на территории полигона стояло совсем немного сооружений. Этот полигон закладывался сразу после войны, а время тогда было нелегкое и тогда все еще опасались бомбовых ударов. Поэтому все основные сооружения и находились под землей.
Это был, если честно сказать, почти что небольшой подземный город. Правда, запущенный.., но тем не менее.
К полигону шла ветка железной дороги.
Именно по этой ветке и были загнаны во время неразберихи с выводом войск из Восточной Германии цистерны с техническим спиртом в полупустые подземные хранилища, никем не оприходованные и никем не учтенные. По документам они прошли и какое-то время числились как топливо для ракет. Но оно, судя по бумагам, было давно уничтожено, а склады, где стояли эшелоны со спиртом, по тем же бумагам числились давным-давно выведенными из обращения.
