– А кто такая Семеновна? – осторожно спросил капитан Рожкин.
– А ты кто такой?! – резко спросил Гарик, словно увидев капитана Рожкина в первый раз.
– Я капитан Рожкин, из Москвы. Приехал как раз разбираться с водочным вопросом.
– Понятно, – кивнул Гарик и попросил: – Принесите кто воды!
Охранник, очевидно привыкший к подобным утренним сценам, принес Гарику стакан воды, в котором еще булькал, похоже, аспирин.
Гарик вмиг осушил стакан и, тряхнув головой, начал приходить в себя.
– Так что тебя интересует? – спросил он у капитана Рожкина.
– Меня интересует Семеновна и паленая водка, – строго ответил капитан Рожкин.
– Ну, Семеновна, – говорил Гарик, застегивая пуговицы на рубашке, – это наше все. Короче, на дороге домик у нее, с выпивкой, закусью и ночлегом для дальнобойщиков. Ну и для нас, конечно, если застрянем где-нибудь в пути. Сейчас поедем, и я тебя с ней познакомлю. Не женщина – сказка! Но просто так к ней не подъедешь. Строга.
Минут через пятнадцать в милицейском «уазике», который, как оказалось, тоже стоял в гараже, они втроем – шофер, Гарик и он, капитан Рожкин, – выехали на трассу, к Семеновне. Все остальные, кто оставался в доме, были неподъемными даже после аспирина. И кроме как опохмелиться, им ничего не хотелось. Генерал с хозяином тоже, похоже, решили продолжить банкет.
– А как у вас в Сочи насчет паленой водки, часто попадается? – поинтересовался капитан Рожкин, когда они выехали по направлению к трассе.
– Нэт, у нас водки паленой не бывает! – решил поюморить Гарик. – Всю в Москву отправляем.
– Не смешно, – пожал плечами капитан Рожкин и вполне серьезно добавил: – Я, кстати, сюда к вам по вполне конкретному адресу приехал. В московский фирменный магазин водка поступила с Красной улицы, пять. Знаешь такую?
– Есть у нас такая улица. Только, по-моему, теперь там олимпийское строительство началось. Руины там… А на руинах разве что самогонный аппарат поставить можно, – хмыкнул Гарик.
– Самогонный не самогонный, а проверить надо, – сказал капитан Рожкин.
– Проверим, – махнул рукой Гарик и попросил шофера: – У магазина притормози! Без пива совсем голова не варит. Сгоняй купи мое любимое, «Балтика-5».
Шофер притормозил, соскочил на землю и спросил у капитана Рожкина:
– А вам какого?
– Мне не надо, – покачал головой капитан Рожкин.
– Обижаешь! – возмутился Гарик.
– Да не хочу я! – недовольно повел плечом капитан Рожкин, понимая, что в любом случае, если разговор идет о паленой водке, там важна будет каждая деталь.
– Ну, как знаешь! – насупился Гарик.
Но через несколько минут, потягивая из жестянки пиво, он уже был в прекрасном расположении духа.
Когда они подъехали к домику, на котором красовалась, хотя было уже утро, все еще светящаяся неоном надпись «У Семеновны», от него отъезжала «скорая помощь».
– Вот это да! – сказал Гарик. – Что это, Семеновна нас не дождалась, что ли…
Но тут на пороге появилась яркая, коротко стриженная блондинка в наброшенном на плечи цветастом платке.
– Семеновна! Алевтина! – закричал Гарик, размахивая полупустой жестянкой с пивом. – Сколько лет, сколько зим!
Женщина, по всему видно совсем неожиданно для Гарика, никак не отреагировала. Она была бледна и вся дрожала.
– Алевтина, что с тобой?! – не на шутку встревожился Гарик.
– Гарик, родненький, – бросилась она на шею пьяноватому стражу порядка. – Не травила я их никого! Это все водка! Ее дальнобойщики привезли.
– Откуда и кто привез водку? – вступил в диалог капитан Рожкин, тоже выходя из машины и направляясь в дом.
– Я же говорю, дальнобойщики, – сказала Алевтина Семеновна и совсем растерялась, – Михаил и Леонид. Фамилий я не спрашивала.
– Вы их давно знаете?
– Да это второй рейс. Они недавно на трассе у нас появились.
– А откуда они водку везли? – продолжал капитан Рожкин, заходя в дом.
– Из Сочи, – проговорила Алевтина, едва не заикаясь.
– А куда? – спросил капитан Рожкин.
– В Москву, – сказала Алевтина.
– А почему она вдруг у вас оказалась? – продолжал допрос Рожкин, внимательно изучая то, что стояло на столе. – Только будьте абсолютно правдивы, слышите, абсолютно правдивы.
– Так мне всегда дальнобойщики обязательно ящик того, что везут, оставляют… – вздохнула Алевтина.
– Хорошо, а вас саму как зовут? – спросил капитан Рожкин.
– Алевтина Семеновна Моторина, – представилась Алевтина.
Капитан Рожкин достал блокнот, ручку и, сев к столу, начал записывать.
– Что за водка была? Где бутылки? И кто отравился? – продолжал он.
Гарик тем временем тоже вошел в дом, сходил в туалет, а потом развалился на диване с еще одной жестянкой пива. Он наблюдал за тем, как капитан Рожкин ведет допрос, с нескрываемым скепсисом.
– Подождите, давайте не все сразу, – попросила Алевтина, – а то я не совсем хорошо соображаю.
– Да вы садитесь, – предложил капитан Рожкин, указывая ей на стул напротив.
– Спасибо… – испуганно проговорила Алевтина Семеновна, но села.
– Итак, как называлась водка?
– «Моя Московская», – заикаясь, сказала Алевтина Семеновна.
– Да вы что?! – не смог скрыть не то радости, не то удивления капитан Рожкин.
– Да, я точно помню, «Моя Московская», – кивнула Алевтина Семеновна.
