За правдивые речи, за добрый совет и за то, что разумней и лучшеОни делают граждан родимой земли.
Эсхил
Если ж ты поступал по-иному,Если честных, разумных, почтенных людей негодяями низкими делал,Так чего ты тогда заслужил, говори!
Дионис
Лютой казни! Не спрашивай дальше!
Эсхил
Погляди, поразмысли, какими тебе передал я когда-то сограждан.Молодцами двужильными были они, недоимок за ними не знали,Шалыганами не были, дрязг не плели, как сейчас, не водились с ворами.Нет, отвагой дышали они, и копьем, и шумящим султаном на шлемах,Как огонь, были поножи, панцирь, как блеск, бычье мужество в пламенном сердце.
Еврипид
Заварилась беда, завелась болтовня! Ведь не в лавке мы здесь оружейной,Расскажи нам толково, как добрыми ты и достойными делал сограждан.
Дионис
Объясни нам, Эсхил, своенравным не будь, не упорствуй, не важничай чванно!
Эсхил
Создал драму я, полную духа войны.
Дионис
Но какую же?
Эсхил
«Семь полководцев».[417]Кто увидит ее, тот о львиной душе затоскует и сердце отважном.
Дионис
В этом очень ошибся ты. Сделал фиван и воинственней всех, и храбрее,И в осадах сильнее, — обида для нас. Получай поделом пораженье!
Эсхил
Вы могли бы сравниться, героями стать не слабей, не хотите, однако.Я трагедию «Персы»[418] поставил потом, чтоб вложить в вас стремленье к победе,К превосходству великую волю вдохнуть. Я одел ее в блеск и величье.
Дионис
До упаду смеялся я, помню, тогда, про покойника Дария слыша,Вышел хор и в ладони захлопал, завыл и протяжно заплакал: «Иайой!»
Эсхил
Вот о чем мы, поэты, и мыслить должны, и заботиться с первой же песни,Чтоб полезными быть, чтобы мудрость и честь среди граждан послушливых сеять.Исцеленью болезней учил нас Мусей[419] и пророчествам. Сельскую страду,Пахотьбу, и посевы, и жатвы воспел Гесиод.[420] А Гомер богоравныйПотому и стяжал восхваленье и честь, что прославил в стихах величавыхБитвы, воинский подвиг, оружье мужей.
Дионис
У Гомера напрасно училсяПантаклей, злополучный левша.[421] Прошлый год, выступая на праздниках в хоре,Шлем сперва он навьючил, а после султан навязать собирался на гребень.
Эсхил
Но припомни о многих, о славных других! О воителе Ламахе вспомни!По заветам Гомера в трагедиях я сотворил величавых героев —И Патроклов и Тевкров, с душой как у льва.[422] Я до них хотел граждан возвысить,Чтобы вровень с героями встали они, боевые заслышавши трубы.Но, свидетель мне Зевс, не выдумывал я Сфенебей или Федр — потаскушек.[423]И не скажет никто, чтоб когда-нибудь я образ женщины создал влюбленной.
