Чтите город, дом и предков больше, чем заморский хлам.
«Тарентиночка».
«Возница».
«Трифалл».
«Наложница».
— Ежели свежа — девицу.
«Учитель гимнастики».
«Учитель гимнастики».
Оплачивать дела твои любовные, —
Ей-ей, сошлю туда, где сплюнуть некуда!
«Трифалл».
И смеют здесь являться заодно со мной?
«Тарентиночка».
Здесь, за морем, отцовы тратят денежки?
«Тарентиночка».
«Тарентиночка».
Я с ним заговорил?..
«Тарентиночка».
— Ба, ба, ба! Какой привет?
— Что это так проворно обернулся ты?
«Продавщица венков».
«Плащ».
«Учитель гимнастики».
Ни покладистого нрава.
«Тарентиночка».
*27. 75 Словно мяч в игре, гетера отдается в руки всем:
Здесь кивнула, там мигнула, здесь любовник, там дружок;
Этого рукою держит, а того ногой толкнет;
Этому коленку кажет, а тому шепнет привет;
Здесь поет с одним, другому письмецо перстом чертит.
«Тарентиночка».
За столом.
«Продавщица венков».
Пускай живет и мне приносит прибыли.
«Продавщица венков».
Да или нет?
Ей ли ржавому поддаться старческому вертелу?
И Венеру из-под Вулкана — повар все готов сглотнуть!206
— Пренестинцы с ланувинцами,207
— У каждых есть излюбленное кушанье:
Одни свиной вареной маткой тешатся,
Другой орехи целой горстью щелкает.
«Гадатель».
Наш Феодот, концом хвоста коровьего
Писавший взаперти, прикрывшись ставнями,
Веселых Ларов209 для урочных праздников?
«Туника».
«Тарентиночка».
«Гадатель».
«Учитель гимнастики».
Который первым лук на грядке вырастил!..
«Аппелла».
Я давеча во все свои долги справлял
Гераклов пир — вот там ты и имел свое!
«Льстец».
«Тарентиночка».
А он мне писчей палочкой прокалывает руку!
«Бельмо».
«Учитель гимнастики».
«Продавщица венков».
«Продавщица венков».
«Льстец».
«Учитель гимнастики».
Тем делом неразобранным?..
«Возница».
«Льстец».
«Возница».
«Продавщица венков».
И я подслушал больше, чем надеялся.
«Льстец».
Пусть моими будут кони.
— Как так?
— А потом уже
Я наездникам продам их, если ты не победишь.
«Возница».
— Ты победил.
— Отлично. Как?
— Скажу тебе…
«Возница».
«Учитель гимнастики».
ЦЕЦИЛИЙ СТАЦИЙ
*1. 143 Да, жалок тот, кто скрыть своих несчастий не способен:
Молчу, а все улика мне дела и вид супруги.
Опричь приданого — все дрянь; мужья, на мне учитесь:
Свободен я, и город цел, а сам служу как пленник.
Везде жена за мной следит, всех радостей лишает:
Пока ее я смерти жду, живу в живых как мертвый.
Затвердила, что живу я тайно со служанкою, —
Плачем, просьбами, мольбами, руганью заставила,
Чтоб ее продал я. Вот теперь, думаю,
Со сверстницами и родными говорит:
«Кто из вас в цвете лет обуздать мог бы так
Муженька своего
И добиться того, что старуха смогла, —