Комедии полностью

Лука. А мальчонка лет двенадцати, что сверзился с колокольни и сломал себе голову, руки и ноги, — не успели вы его смазать какой-то там мазью, как уж он вскочил и побежал играть в бабки.

Сганарель. Наваждение!

Валер. Вы, сударь, не беспокойтесь, вам заплатят столько, сколько вы спросите, если пойдете за нами.

Сганарель. Сколько спрошу?

Валер. Да.

Сганарель. Ну, в таком случае я лекарь, не об чем и разговаривать. Я было запамятовал, а теперь вспомнил. Рассказывайте, в чем дело? Куда идти-то?

Валер. Мы вас проводим. А дело в том, что одна девушка потеряла дар речи.

Сганарель. Ей-богу, я его не находил.

Валер(Луке, тихо). Вот шутник! (Сганарелю.) Идемте, сударь.

Сганарель. Как? Без лекарской мантии?

Валер. Это мы раздобудем.

Сганарель. (вручая бутылку Валеру). Держите: здесь у меня прохладительное питье. (Оборачивается к Луке и плюет.) По предписанию лекаря разотрите этой ногой.

Лука(Валеру). Вот, ей-богу, мне по душе этот лекарь! Сдается мне, он ее вылечит, эдакий выдумщик!

Валер(Жеронту). Ну, сударь, я думаю, вы останетесь довольны. Мы привели к вам первостатейного лекаря.

Лука. Уж этот-то, черт его дери, все науки произошел. Другие лекари ему и в подметки не годятся.

Валер. Сколько он уже совершил чудесных исцелений!

Лука. Покойников из гроба поднимал!

Валер. Правда, я вам говорил: он малость с придурью, и когда у него ум за разум зайдет, так даже не верится, что он лекарь.

Лука. Очень уж он охоч до шуток. Другой раз кажется, извините за выражение, что у него не все дома.

Валер. Все равно он великий ученый и подчас очень даже умно рассуждает.

Лука. И то правда: как разговорится, ну словно по писаному чешет!

Валер. Его слава уж до наших мест докатилась. Народ к нему валом валит.

Жеронт. Мне не терпится его увидеть. Идите скорей за ним.

Валер. Сейчас предоставим. (Уходит.)

Жаклина. Помяните мое слово, сударь, и этот ничего нового не выдумает. Лечат ее лечат, а все понапрасну: вашей дочке не лекарства надобны, а муженек молодой, здоровый, да такой, чтобы ей по вкусу пришелся.

Жеронт. Ну, пошла! Тебя это, голубушка кормилица, не касается.

Лука. Прикуси-ка язычок, хозяюшка моя Жаклина, не суйся, куда тебя не просят.

Жаклина. Ей-богу же, все эти лекари только и делают, что переливают из пустого в порожнее. Вашей дочке требуется не ревень и не александрийский лист, а муж, от такого пластыря все девичьи недуги как рукой снимет.

Жеронт. Да кто ж ее теперь возьмет? А раньше, когда я хотел выдать ее замуж, она заупрямилась и ни в какую.

Жаклина. Еще бы! За нелюбимого! Отчего вы не отдавали ее за господина Леандра, по котором она вздыхает? Вот тогда бы она вас послушалась. Об заклад бьюсь, что он и такую ее возьмет, только бы вы не перечили.

Жеронт. Леандр ей не пара, он беднее того, другого.

Жаклина. У него дядюшка богач, Леандр его наследник.

Жеронт. Ну нет, лучше синица в руках, чем журавль в небе. Денежки не те, что у дядюшки, а те, что у пазушки. На наследство рассчитывать не приходится, а то можно остаться ни при чем. Смерть не очень-то торопится угождать господам наследникам. Пока ты собираешься пожить на счет умершего родственника, можешь сам с голоду сдохнуть.

Жаклина. А по-моему, что в браке, что в чем другом счастье поважнее богатства. Да вот беда, папеньки и маменьки только и знают что спрашивать: «А много ль у него добра? А много ль за ней дадут?» Вот, к примеру, кум Пьер выдал свою Симонетту за толстого Фому только из-за того, что у него виноградник на четвертушку больше, чем у молодого Робена, в которого она была по уши влюблена. Ну, а получилось что? Бедняжка стала желтая, как айва, ей и богатство в пользу не пошло. Это вам урок, сударь мой! Ведь чего человеку надо? Пожить в свое удовольствие, вот и все. Нет уж, я бы для своей дочки доходы со всей Босы^{102} променяла на хорошего да любимого мужа.

Жеронт. Тьфу пропасть, ну и болтунья же вы, кормилица! Замолчите, ради бога! Вы так горячитесь, что у вас молоко перегорит.

Лука(при каждой фразе, которую он произносит, ударяет Жеронта в грудь). Ну полно тебе, дерзкая баба! Хозяин и без твоих советов обойдется. Твое дело — ребенка кормить, а не рассуждать. Хозяин — человек добрый и поумнее тебя будет, он отец своей дочке и сам знает, чего ей надо.

Жеронт. Эй ты, полегче!

Лука(снова ударяет его в грудь). Я, сударь, сейчас ее поучу хорошенько, чтобы знала, как с хозяином разговаривать.