Сударь, я благодарю творца, пославшего нам вас. И мои прихожане тоже. Вы отлично печетесь об их сыновьях, да и дочерям их от вас большая польза. Вы — добрый член нашей общины.
Олоферн
Mehercle![57] Если их сыновья сообразительны, я не обделю их познаниями; если их дочери способны, я приспособлю их к делу. Но vir sapit, qui pauca loquitur[58]. Какая-то особа женского пола приветствует нас.
Жакнета
Добрый день, наш духовный отец.
Олоферн
"Духовный" — "Дух-овный"! Почти что "дух овна". Кого же вы это подразумеваете?
Башка
Отца Натаниэля, господин учитель. Ведь он больше всех личиком на барана похож.
Олоферн
Овен — баран! Какой проблеск остроумия в этой щепоти праха! Для кремня в нем довольно искры, для свиньи — бисера. Очень мило! Очень удачно!
Жакнета
Отец мой, будьте добры, прочтите мне это письмо. Мне принес его Башка, а прислал дон Армадо. Прошу вас, прочтите, пожалуйста.
Олоферн
"Fauste, precor gelida, quando pecus omne sub umbra ruminat…[59]"[60] и так далее. О, добрый старый Мантуанец! Смею сказать о тебе то же, что путешественники о Венеции:
"Venegia, Venegia,
Chi non te vede, non te pregia".[61][62]
Старый Мантуанец! Старый Мантуанец! Тебя не ценит лишь тот, кто не понимает. До-ре-соль-ля-ми-фа. — Прошу прощения, сударь, каково содержание письма? Или, вернее, как говорит Гораций в своих… каких, то есть, стихах?
Натаниэль
Да, сударь, в стихах и притом очень искусных.
Олоферн
Дайте мне прослушать какую-нибудь строфу, один куплет, один стих. Lege, domine[63].
Натаниэль
"Как клясться мне в любви? Я клятву преступил.
Ах, лишь одной красе мы верность соблюдаем.
Но, изменив себе, тебе я верен был.
Мой дух, сей дуб, тобой, как ветвь лозы, сгибаем.
В тебе наука вся. Твои глаза — родник,
Где можно почерпнуть все радости ученья.
Тот, кто познал тебя, познания достиг;
Тот мудр, чей ум сумел тебе воздать хваленья.
Лишь неуч не придет в восторг перед тобой.
Коль горд я смею быть, горжусь, что обожаю
И пламя глаз твоих, и голос гневный твой,
Который музыкой небесной почитаю.
О неземная, я простить меня молю
За то, что языком земным тебя хвалю".
Олоферн
Вы скандируете небрежно, и поэтому теряется размер. Дайте мне взглянуть на канцонетту… Здесь соблюдено только количество стоп, но изящество, легкость и золотая поэтическая каденция — caret[64]. А вот Овидий Назон был мастером в этих делах. За что его назвали Назоном?[65] За то, что он имел нюх на благоуханные цветы воображения, на причуды вымысла. Imitari[66] — грош цена: и со- бака подражает псарю, обезьяна — хозяину, выезженная лошадь — седоку. Итак, девственная damosella[67], письмо адресовано вам?
Жакнета
Так точно, сударь. Оно от Бирона, придворного иноземной принцессы.
Олоферн
Жажду взглянуть на адрес. "В белоснежные руки прелестнейшей госпожи Розалины". Просмотрю-ка еще раз все письмо, чтобы узнать из подписи имя отправителя. "Вашей милости покорнейший слуга Бирон". — Отец Натаниэль, этот Бирон — один из сподвижников короля по обету затворничества. Письмо же написано им одной из фрейлин иностранной принцессы и, по ошибке или по пути следования, попало не по назначению. — (Жакнете.) Ты, душа моя, отчаливай, беги и вручи это послание королю в собственные руки. Оно может иметь большое значение. Не мешкай, прощаясь. Освобождаю тебя от этой условности. До свиданья!
Жакнета
Идем со мной, добрый Башка. — Храни вас бог, сударь!
Башка
Пошли, девочка.
Натаниэль
Сударь, вы поступили как человек богобоязненный. По этому поводу сказано у одного из отцов церкви…
Олоферн
Сударь, не говорите мне об отцах церкви. Я боюсь преувеличенных похвал. Но возвратимся к стихам. Понравились они вам, отец Натаниэль?
Натаниэль
Написаны они великолепно.
Олоферн
Сегодня я зван на обед к отцу одного из моих питомцев. Если вы соблаговолите почтить эту трапезу своим присутствием и благословением, я ручаюсь, — ибо пользуюсь влиянием на родителей вышесказанного дитяти или питомца, — вы будете там ben venuto[68]. И я докажу вам, что эти стихи безграмотны и лишены аромата поэзии, изобретательности и остроумия. Не откажите составить мне компанию.
Натаниэль
Покорно благодарю, ибо компания, как гласит писание, украшает жизнь.
Олоферн
И на этот раз текст писания непогрешимо верен.
Тупица
Вас, приятель, я тоже приглашаю. Никаких отговорок, — pauca verba[69]. Вперед! Господа забавляются охотой. Не худо и нам развлечься.
Бирон
