Беатриче. Ну, мне пора итти. Пожмем друг другу руку в знак доброй дружбы и верности.
Клариче. Вот моя рука, — верю, что вы меня не обманываете!
СЦЕНА 21
Панталоне. Вот и прекрасно! Ну, я рад бесконечно.
Беатриче. Разве я не говорил вам, синьор Панталоне, что я сумею ее умилостивить?
Панталоне. Молодец! В две минуты вы сделали больше, чем я бы успел в два года.
Клариче
Панталоне
Клариче. Зачем так торопиться?
Панталоне. Еще бы! Тут уже стали втихомолку пожимать ручки, а я не буду торопиться? Ну, уж нет, — я не желаю неприятных сюрпризов в доме. Завтра же всё сладим.
Беатриче. Синьор Панталоне, сперва нам с вами необходимо подытожить счета, проверить отчетность.
Панталоне. Все будет сделано; на все дела достаточно и двух часов. Завтра же наденем колечки!
Клариче. Но, синьор отец…
Панталоне. Дочь моя, я сейчас иду говорить с синьором Сильвио.
Клариче. Ради бога, не сердите его!
Панталоне. Что такое! Уж не отдать ли вас ему?
Клариче. Я не говорю, но…
Панталоне. «Но» или не «но», а дело кончено! Ваш слуга, синьоры!
Беатриче
Панталоне
Клариче
Панталоне. Вечерком поговорим.
СЦЕНА 22
Клариче. Ах, синьора Беатриче, из огня да в полымя!
Беатриче. Потерпите. Возможно всё. Невозможен только наш брак.
Клариче. А если Сильвио заподозрит меня в неверности?
Беатриче. Обман продлится недолго.
Клариче. Нельзя открыть ему правду?
Беатриче. Я еще не освободила вас от клятвы.
Клариче. Что же мне делать?
Беатриче. Потерпеть немного.
Клариче. Боюсь, что это терпение мне обойдется дорого.
Беатриче. Не бойтесь. После страхов и огорчений лишь слаще будут радости любви.
Клариче. Не могу я мечтать о радостях любви, когда вижу вокруг одни огорчения. Ах, что правда, то правда: в жизни только и есть, что страдания да надежды, а радостей очень мало.
ДЕЙСТВИЕ II
СЦЕНА 1
Сильвио. Прошу вас, синьор отец, оставьте меня в покое!
Доктор. Нет, ты погоди, ответь мне толком.
Сильвио. Я вне себя!
Доктор. Зачем пришел ты во двор к синьору Панталоне?
Сильвио. Затем, чтобы заставить его либо сдержать данное мне слово, либо ответить за нанесенное мне тяжкое оскорбление!
Доктор. Но ведь нельзя делать такие веши в собственном доме Панталоне! Ты сумасшедший, если гнев заводит тебя так далеко.
Сильвио. Кто поступает с нами гадко, тот не заслуживает никакого уважения.
Доктор. Согласен. Панталоне поступает как непорядочный человек. Но все-таки не следует так спешить. Предоставь это мне, милый Сильвио. Я поговорю с ним: быть может, я сумею вразумить его и подсказать ему его долг. Поди куда-нибудь и подожди меня. Только уйди из этого дворика. Не надо сцен. Я дождусь синьора Панталоне.
Сильвио. Но я, синьор отец…
Доктор. Но я, синьор сын, желаю, чтобы мне повиновались.
Сильвио. Хорошо, послушаюсь вас — уйду. Поговорите с ним. Я подожду вас у аптекаря. Но если синьор Панталоне будет упираться, то ему придется иметь дело со мною.
СЦЕНА 2
Доктор. Бедный мальчик, мне жаль его. Конечно, синьору Панталоне не следовало подавать нам надежды, пока он окончательно не убедился в смерти туринца. Как бы сделать, чтобы Сильвио успокоился и не зашел в своем гневе слишком далеко.
Панталоне
Доктор. А, синьор Панталоне, мое почтение!
Панталоне. Ваш слуга, синьор доктор. А я как раз направлялся к вам и к вашему сыну.
Доктор. Правда? Очень хорошо. Полагаю, вы шли к нам, чтобы подтвердить, что синьора Клариче будет женою Сильвио?
Панталоне
Доктор. Нет, не надо подыскивать оправданий. Мне жаль, что вы попали в затруднительное положение. Все, что произошло, будет забыто во имя нашей дружбы.
Панталоне
Доктор. Да, да, вы были застигнуты им врасплох, не успели разобраться во всем и не подумали, как вы оскорбляете нашу семью.
Панталоне. Как вы можете так выражаться, когда был другой договор…