Рneumatologie positive et experimentale" -- т. е. "позитивная и экспериментальная спиритология" -- таково название книги, вышедшей в 1857 году в Париже и считающейся ныне у библиофилов огромной редкостью. Автор ее -- барон Л. Гольденштуббе, писатель-спирит. Речь в ней идет не о каких-то там пустяках. Барону удалось добиться феноменальных успехов в общении с духами: многие великие люди далекого или недавнего прошлого посылали ему на листке бумаги собственноручные послания или хотя бы удостоверяли подписью факт своего появления в этом мире. Сеанс проходил таким образом: барон приходил к могиле, к скульптурному изображению великого человека или к воздвигнутому ему памятнику. Клал туда лист бумаги, заверенный печатью или другим каким-либо отличительным знаком, и вместе со своей молодой сестрой, наделенной способностями медиума, вставал на колени и начинал горячо молиться. Через несколько минут на бумаге возникали написанные невидимой рукой слова. Эксперимент проходил при участии и контроле приглашенных высокопоставленных лиц. Среди них были два герцога, несколько графов, несколько писателей-спиритов и многочисленные "великосветские дамы". Места, где проводились эксперименты: кладбище Пер Лашез в Париже, собор в Сен-Дени с могилами королей, другие кладбища и церкви, парк в Версале, коллекция античных статуй в Лувре и т. д. Барон, видимо, полагал, что духи умерших бродят именно в этих местах и здесь проще всего взять у них интервью. Первый эксперимент проходил, в виде исключения, в парижской квартире барона, в годовщину смерти его отца, 17 августа 1856 года. У одного из свидетелей и контролеров, некоего графа Урша, возникло опасение: а вдруг им явится какой-нибудь злой дух и из чистого хулиганства надует честную компанию? Поэтому на листке бумаги сначала был задан один вопрос: "Веруете ли вы в Иисуса Христа?" Ответ был таков: "Je confesse Jesus en chair" (Верю в воплощение Христа). Удостоверив свою личность, дух старого барона написал несколько мудрых потусторонних изречений, которые вполне мог сказать и при жизни, и тем самым заложил основы позитивной спиритологии. 26 августа в одном из залов Лувра собралось небольшое, но изысканное общество. Лист бумаги был положен перед статуей императора Августа. Император-язычник выслушал молитву братьев-христиан и с готовностью, красивыми четкими буквами начертал свою подпись.
Согласился расписаться на листке и Цицерон, находившийся в том же зале.
Одна за другой следовали галереи Мюнхена, Вены. Здесь дали свои автографы такие античные знаменитости:
Аполлоний Тианский, знаменитый древнегреческий маг (греческими буквами);
Ганнибал;
Ливия, жена императора Августа;
император Пертинакс;
Германик, брат императора Тиберия. Охотно давали свои автографы и великие люди нового времени: Вольтер, Руссо, Д'Аламбер, Дидро, Шиллер, Виланд и т. д. 20 ноября 1856 года шевельнулась рука Пушкина: он начертал -по-русски -- три слова: "Вера, надежда, любовь".
Автографы возникали чудесным образом. Брат и сестра углублялись в молитву, остальные пристально смотрели на бумагу. И вдруг на ней появлялись буквы, складывались в слова, в целые фразы. Все это было действительно неопровержимым доказательством загробного бытия. Однако у человека наших дней есть дурная привычка: он любит сомневаться. Я и сам, как "человек современный, задумался над вопросом: неужели, например, Абеляр на том свете позабыл латинский язык? Известно, что блестящий теолог XII века уже в 16 лет виртуозно владел латинским языком -- и вдруг в его автограф под номером 9 попадает грубейшая орфографическая ошибка. Он неправильно склоняет имя Adamus: дважды упоминая его, он дважды вместо Adamum пишет просто Adam. Да и почерк его так неуверен, словно принадлежит какому-нибудь нерадивому школьнику XIX века. Естественно, после Абеляра барон попытался уловить в свои сети и Элоизу. Ведь имена обоих прославила главным образом та высокая, чистая, как кристалл, любовь, плодом которой, среди прочего, стал и ребенок.
Элоиза не только ничего не забыла, но, напротив, на том свете продолжала свое образование, следя, в частности, за развитием французского языка. Свое послание она написала не на старофранцузском, сейчас почти никому не понятном, а на современном литературном языке:
"L'amour qui nous reunit a fait tout notre bonheur" (Любовь, что нас соединила, составила все наше счастье). Но это еще не все.
На парижском кладбище Пер Лашез, в день поминовения, сентиментальные девушки-продавщицы осыпают цветами плиту, под которой якобы обрели вечный покой Абеляр и Элоиза. Сюда и положил барон свой листок, чтобы вызвать души влюбленных, наверняка околачивающиеся где-нибудь поблизости. В действительности же под этой плитой никто не покоится. В том, что легендарные влюбленные оказались соединенными после смерти, повинен только досужий вымысел.
