Комедия убийств. Книга 1 полностью

Пропели стрелы. Ребята были превосходными охотниками, они успели выпустить по врагам несколько стрел, и каждая вторая из них находила добычу. Не рассчитывавшие на то, что придется от кого бы то ни было защищаться, воины Бьёрна не взяли с собой ни щитов, ни луков, освобождая вторую руку для убийств и грабежа; теперь им пришлось пожалеть об этом. Однако замешательство длилось недолго, опытные воины скоро пришли в себя и, разделившись на части, прячась за горящими домами, начали быстро окружать отчаянных храбрецов лучников.

Скьёльд и Эйлиф с воодушевлением (как же, заставили прятаться самих викингов, королей моря) опустошали колчаны, забыв, что все происходившее с ними — не детская забава.

«Что они делают?! Что они делают?! — стучало в голове у Сигвальда. — Сейчас нас окружат, и тогда… О-о-о-о!!!»

Так и не выпустивший по противнику ни одной стрелы, Сигвальд, бросив луж, со всех ног кинулся бежать, стремясь уйти как можно дальше из городка, ставшего погребальным костром для матери, брата и сестры. Как раз в тот момент, когда он поравнялся с воротами, секира, мастерски брошенная из-за угла дома, вонзилась Эйлифу между лопаток, а несколькими мгновениями позже выпустивший последнюю стрелу Скьёльд выхватил короткий меч, однако пустить его в дело не успел: хрипя и царапая грудь, в которой застряло острие дротика, он повалился на колени и, постояв секунду, упал ничком, пачкая снег кровавыми сгустками, щедро исторгавшимися из широко открытого, искореженного гримасой боли рта.

Славик встрепенулся. Ему не хватило сил, чтобы досмотреть до конца сцену. Видение прервалось на самом интересном месте, и хотя он знал, что должно произойти дальше (все было, как в книжке), ему хотелось увидеть это своими глазами.

«Не ври, — сказал кто-то, мальчику голос показался знакомым, — все врешь. Не сил тебе не хватило, не сил!»

Так и есть! Славик узнал говорившего — это приятель, Женька Мекеров, он всегда спорит. Не верит, что у друга есть волшебный камень.

«Ты просто трус и врун! Ха-ха-ха! Врун, врун, потому что это всего лишь осколок стекла, и больше ничего! Ты все придумываешь, потому что у тебя папы нет!»

— И ничего я не испугался! И ничего это не стекло! — воскликнул мальчик, хотя не только любившего подразнить его дружка, но и вообще никого рядом не было. Последнее заявление Женьки соответствовало истине. Папа у Славика, можно сказать, отсутствовал, у него вообще никого не было, кроме мамы, но мама уехала надолго… Даже дядя Леня куда-то ушел…

Что проку грустить о том, чего не можешь изменить?

Подумав так, Славик взял в руки магический камень и, поднеся его к губам, принялся шептать заклинания (свои собственные, чужие здесь не годились, в этом мальчик толк знал, соответствующий материал был им досконально изучен по книгам). Главное — вызвать Зеленых демонов, живущих в Запредельном мире. Скьёльд, Эйлиф и трус Сигвальд боялись их. Очень глупо, он-то, Славик, знает, что те, кого считают злыми и страшными, на деле не всегда таковы, а вот добрые и хорошие… Нет, просто взрослые всегда чего-то недоговаривают, потому, наверное, что считают его маленьким? Они ошибаются, но как доказать им?.

«Приди, приди, дух горы и леса, приходи скорей, укрой меня своим зеленым плащом», — повторял мальчик.

Яркий свет ударил ему прямо в лицо.

— А вот и я! — воскликнул некто, явившийся из зеленого сияния, исходившего прямо из стеллажа с книгами. — Что уставился? Звал? Так я здесь! Чего хочешь? Загадывай желания.

— Дед? — удивился мальчик. — Ты?

Надо признать несомненную обоснованность такой реакции. Дело в том, что таинственный волшебник, появившийся неведомо оттуда, как две капли воды походил на прадедушку Славика, отца московской бабушки, которая отчего-то сильно недолюбливала мальчика. Старика, пока тот был жив, Славик вздел два или три раза в год, когда они с мамой гостили в Кашине. Прабабушка, Зинаида Николаевна, и прадед, Осип Яковлевич, любили Славика, он называл их дедушка Осип и бабушка Зина, а чаще просто дедушка и бабушка, и хотел остаться жить с ними. Мама не разрешила, сказала, что не хочет лишать сына будущего и не позволит ему жить в глуши. На каникулы в Кашин Славика отвозил на «москвиче» дядя Коля, мамин брат, сын московской бабушки и дяди Платона, бабушкиного мужа. Раза два это делал папа, который тоже купил машину, только «жигули».