– Что бы это могло значить? – Фёдор ничего не понимал вплоть до того момент, пока не прочитал самый верхний комментарий:
– Ты чего, мужик? – писал некто под ником Гургулес. – С кем не бывает? Она же попросила прощения. Надо прощать…
Он перешёл к другому комментарию – Волшебницы Усолья:
– Фёдор, вы несправедливы к Насте. Она вас любит. И вы просто обязаны её простить.
Под комментарием была ссылка. Фёдор её нажал и попал на сообщение Папашкиной дочки. Прочитав его, он сообразил, откуда дует ветер.
– Никак успокоиться не может. Измором решила меня взять! То козлом обзывала и извиняться не хотела, а тут вдруг за несколько часов влюбилась, да так, что её все жалеют. Ну и особа…где же она столько коварства нагребла за двадцать пять лет?
Фёдор задумался. Чуть позже он открыл свою страницу и начал писать сообщение для всех, кто сочувствовал Папашкиной дочке.
«Ребята, вы все большие молодцы! Я бы и сам заступился за Папашкину дочку, после того, как прочитал её сообщение. И это правильно и благородно, но только с точки зрения общества. Но у каждого из нас есть выбор. И этот выбор определяем только мы. В особенности, когда вопрос касается наших чувств. Вы принуждаете меня сделать выбор, которого я делать не хочу. И это несправедливо. Я надеюсь, что Папашкина дочка найдёт своего принца. Что касается моих планов, она туда не входит и не войдёт. С тяжёлым сердцем вынужден ей снова и окончательно отказать».
Фёдор загрузил сообщение, дождался, пока оно появится на странице, а потом выключил компьютер и пошёл обуваться, чтобы купить злополучный костюм. Но как говорится: не суждено!
Резкий звонок снова нарушил его планы. Он открыл дверь, узрев перед собой сразу три лица. Мать выглядела радостной, сестра возмущённой, а будущий зять попытался сразу извиниться.
Фёдор провёл всех троих на кухню, налил по чашке кофе, а затем сел на четвёртый свободный стул.
– Это правда? То, что говорят по телевидению? – радостно улыбаясь, спросила мать.
Фёдор утвердительно кивнул.
– Не мог сказать раньше. Имела место неопределённость. Сейчас всё прояснилось. Я уже начал формировать свою партию, и вместе с будущими единомышленниками пойду на выборы в Парламент.
– А как тебе удалось попасть на федеральные каналы? – с откровенной подозрительностью спросила Юля.
Ответом стал хмурый взгляд.
– Юля, мы серьёзно поссоримся. Я тебя сто раз просил не лезть в мои дела! Но ты не слушаешь. Вбей себе в голову, что я не стану обсуждать ничего, чего не захочу обсуждать.
– Значит, и на работу нас не возьмёшь? – уточнила Юля.
– Возьму, но при условии, что ты усвоишь значение слов: субординация без учёта родственных связей. Женя возглавит юридический отдел партии… – заметив негодующий взгляд сестры, Фёдор пригрозил ей пальцем. – Только так и никак иначе. Женя толковый, понятливый и не лезет со своими наставлениями. Он возглавит юридический отдел. Ты будешь его помощником. Возьмёте в штат ещё четырёх юристов, которые понимают, разбираются в тонкостях политической работы.
– Четырёх? Ты серьёзно? – Юля даже немного растерялась от слов брата. – А зарплата?
– Сто пятьдесят тысяч Жене. Тебе сто двадцать. Остальным по восемьдесят. Это для старта. Дальше видно будет.
– Да ты врёшь! В нашей области и сорок тысяч за счастье!
Фёдор ушёл, а потом вернулся с туго набитым конвертом в руках. Он положил конверт перед сестрой.
– Здесь один миллион сто тридцать тысяч рублей. Зарплата за три месяца вперёд всем юристам. Включайтесь в работу; и первым делом оформи контракты на весь юридический отдел. Я должен буду отчитываться о своих тратах. Все документы должны быть идеальны с точки зрения действующих законов. Ещё вопросы?
– Можно кофе? Во рту пересохло…
Несколько часов длилась беседа между Фёдором с одной стороны, и Евгением с Юлей, с другой стороны. Фёдор всё подробно объяснил. Он сказал, чего от них ждёт. Кроме всего прочего, им надлежало принимать и вести учёт новых членов партии. А так же нанять бухгалтера для ведения отчётности. В общем, Фёдор переложил все тяготы, связанные с функционированием партии, на их плечи, и тем самым развязал себе полностью руки, чтобы как можно основательней подготовиться к политической известности, которая к нему уже пришла.
Мать за это время успела сбегать в магазин и накупить продуктов. А потом и наготовить вареников с творогом, которые все четверо поели с огромным удовольствием.
В самом конце обеда у Фёдора зазвонил телефон.
– Слушаю, Дятлов! – по привычке бросил в трубку Фёдор.
– Это Бочкарёв из программы «Новая политика и новые политики». Мне бы хотелось, видеть вас в нашей программе. Она выйдет в эфир послезавтра. Но вам уже завтра надо будет прибыть в Москву. Программа пойдёт в записи. Вы сможете приехать?
– Да. Диктуйте адрес, – Фёдор знаком показал сестре, чтобы она принесла блокнот и ручку из его комнаты. Юлия быстренько выполнила просьбу. Фёдор записал адрес, попрощался и выключил телефон.
– Еду завтра в Москву на программу Бочкарёва. Он сам пригласил.
