— Ты жестокий убийца! Я не…, — слезы не давали разговаривать внятно, — я не знала, кого полюбила, я согласилась проводить остаток жизни с чудовищем. Почему? Почему ты это сделал? Ты и со мной так поступишь, да? А вдруг я чем-то разозлю тебя, ты и от меня избавишься?
— Вздор! — он сел передо мной на карточки, посмотрел в глаза и захотел дотронуться до моего лица, но я резко отстранилась от него, его рука осталась в воздухе.
— Вздор? Как ты мог? Она… она любила тебя и была моей подругой.
— Не неси ерунды! Какой подругой? Если бы мы отметили твой день рождения в Калифорнии, если бы все пошло так, как она задумала, тебя, может, даже и не было в живых! Как ты не понимаешь?! Мила, да, ты юна, но не глупа же. Ты должна поверить мне. Она шантажировала Тома и требовала, чтобы…
— Чтобы что? — я уже задыхалась.
— Чтобы он подсыпал в твой стакан вещество, а за тем…, — он явно с трудом подбирал слова, — а за тем уединился с тобой.
— Это ложь! — я не поверила ему, — Я возвращаюсь домой! Слышишь? И только попробуй удерживать меня силой…! Я тебе не жертва! Я не стану твоей жертвой!
— Это истина. Тогда в больнице я чуть не придушил Тома, но потом понял, что в итоге за всем этим стоит эта дрянь. Стакер убил моего дедушку, отнял у меня семью, статус, наследство, а теперь… теперь они хотели отнять
— Мэт, ты понял, что Мила должна оказаться дома целой и невредимой? Или с этим тоже не справитесь?
— Головой ручаюсь, Себастьян. Я лично полечу с Мисс Джонсон, — виноватым голосом пробормотал Мэт.
— Так ты меня отпускаешь? — с одной стороны я не верила своим ушам, с другой — мне не понравилось, что он готов был отпустить меня. Так чего же я хотела?
— А ты была в плену?
— Не знаю…
— Ты не была в плену. Я думал, что ты станешь моим укрытием от всего, гнездом счастья. Но, наверное, люди правы, не быть нам вместе. Уходи Мила, прошу. — Его слова лезвием прошлись по моему сердцу. Он стоял спиной и ко мне и к Мэту. Я не находя слов побежала на верх.
