– Ну, как этот член парламента? Настоящее чудовище? – сразу же спросил Джо.
– Джо, ты же знаешь, я не верю в чудовищ. – Хотя если кто и мог заставить Веру передумать, так это Пол Резерфорд. – И я вполне держала себя в руках, ты бы мной гордился.
Она провела пальцем по подоконнику, оставив дорожку в пыли. Сейчас дом выглядел гораздо неряшливее, чем при Гекторе, и это говорило о многом. Конечно, Джо хочет услышать ее рассказ целиком, но она сама еще не поняла, какое мнение составила о Резерфорде. Надо было хорошенько подумать.
– Ты чем сейчас занят?
– Я все еще в участке. Взял показания у Ленни Томаса в «Кокетке», потом отвез его обратно в Рэд-Роу.
– И?
Вера считала Эшворта мягкосердечным малым, но этим он ей и нравился.
– Да ничего. Мне кажется, он хороший парень. Искренний. Допросы нам мало что дали, хотя Уинтертон рассказал кое-что интересное о Миранде Бартон. Считает, она могла потерять ребенка. Дочку. Никакого подтверждения этому нет, она просто как-то обмолвилась в разговоре.
– Это мы можем проверить. – Вера терпеть не могла догадки, если только не строила их сама.
– И вот почему я все еще в участке, хотя жена дома уже заждалась, – вздохнул Джо. – Ни одной записи, что у нее была дочь, Алекс – единственный ребенок. Наверное, Уинтертон не так понял.
– Мне нужно поговорить с Джоанной, – прервала его Вера, порядком устав от домыслов. – И одна я, конечно, не могу к ней пойти.
– Кажется, до утра это не подождет?
– Может, и подождет. – Вера была уверена: Джо сильно удивился ее ответу – и ухмыльнулась. Она не собиралась рассказывать, что ждет допроса Джоанны почти с ужасом и не знает, что ей сказать. Пусть Джо думает, будто это забота о его семейном очаге. – Баланс между работой и личной жизнью. Помнишь, месяц назад босс оставлял на столе записку на этот счет? Хотя я тогда подумала, что дело в экономии бюджета на сверхурочные, а не в спасении браков, но ты же меня знаешь. Я всегда принимаю такие послания свыше близко к сердцу.
Вера снова ухмыльнулась, наслаждаясь удивленным молчанием на другом конце провода, и повесила трубку.
Она еще не доела завтрак, а за окном уже послышался шум машины Джо. Еще один ясный морозный день. Над озером в долине повисла туманная дымка, но скоро она растает. Вера впустила Эшворта и заметила, что Джек уехал – его фургона не было. В Алнике сегодня открывался рынок, поэтому он наверняка уехал рано. Вера надеялась, что Джоанна осталась дома.
Она подвинула чайник к Джо и начала искать чашку.
– Ты уже позавтракал.
Не вопрос, утверждение – жена позаботилась, несмотря на ранний час.
– Я бы не отказался от тоста, если есть.
– Облом, хлеба нет.
Это было не совсем так, но делать тост ей было лень. Джо приехал, и Вере не терпелось взяться за дело.
– Резерфорд заявил, что Джоанна его шантажировала, – сказала Вера.
Джо медленно поставил чашку на стол:
– Вы ему поверили?
– Да. Он, конечно, мразь, но я поверила.
– Что это меняет? – Тут внимание Джо привлекло что-то за окном, и он заметно встревожился. Эшворт жил в современном двухквартирном доме в тихом районе, и Вера знала, что загородные просторы внушали ему благоговейный страх и некоторое подозрение. – Не могу понять, как это относится к расследованию. У всех свидетелей есть личная жизнь.
– Конечно, есть, – согласилась Вера. – Но не все свидетели описывают ее в рассказах и стремятся опубликовать.
После этой фразы она задумалась. Отрывок Ленни Томаса, который он зачитывал в вечер убийства Миранды, тоже был очень личным – по крайней мере, так рассказали Вере.
– В любом случае, – продолжила она, поднимаясь со стула, – колени снова заныли, – в любом случае мы можем пойти и спросить у нее самой.
Когда они подошли к дому, Джоанна развешивала белье.
– Оно через полчаса превратится в ледышку, – заметила Вера вместо приветствия.
Джоанна улыбнулась:
– Мне надоело, что все белье висит на кухне. Хочу немного проветрить.
– Ты не против прогуляться?
Джоанна перевела взгляд на Джо.
– Вера, что такое? Тебе теперь нужен телохранитель? Боишься, я и тебе перережу глотку?
– Ты же знаешь, подруга. Я не могу беседовать с тобой один на один.
Они прошли по тропинке и свернули на край свежевспаханного поля. Земля была твердой, но Вера заметила, как Джо стал бросать тревожные взгляды под ноги. Сама она наслаждалась свежим воздухом и простором – это расследование с самого начала вызывало у нее приступы клаустрофобии. Оно уже несколько дней протекало в замкнутом пространстве Дома писателей – ощущение, будто находишься под стражей. Поле обрамляла живая изгородь из боярышника, тут и там сновали дрозды, лакомившиеся ягодами. Вера шла за Джоанной и Эшвортом; троица шла вереницей, пока не достигла калитки, от которой начиналась широкая тропа через лес. Тут Вера поравнялась с Джоанной.
– Ты не говорила, что недавно общалась с бывшим мужем. – Детектив старалась говорить непринужденно, но Джоанна заметила проскользнувшую в голосе сталь. – Вообще-то, по твоим словам, ты боялась, что Рикард может рассказать ему, где ты.
