Что ж, шел бы он лесом: патрульные по всему городу дурят диспетчера, говоря ему, что они на вызове, тогда как в действительности они зависают в барах и казино или в спортзале, а то и кувыркаются с бабами в круглосуточном закрытом заведении на Вестерн-авеню, «Чванливой лисе», популярной точке у ребят в форме. И уж конечно (Док хочет, чтобы вы понимали), это не заурядный притон типа «Пещеры Венеры», где курят дурь и берут в рот за пять долларов. «Чванливая лиса» – это первоклассное заведение с номерами люкс, качественным льдом и зеркалами на потолке, так что ты можешь смотреть на себя. (Доку кажется бредовой идея рассматривать в зеркале кого-то, кроме себя. Он вел такие разговоры с ребятами из Рампарта и всегда говорил то же самое: «Если мне захочется увидеть, как смотрится сзади шлюха, я ее разверну. Для этого мне зеркало не нужно. Кого я не смогу увидеть без зеркала, так это
Док решает, что, кого бы ни направили ему в поддержку, эти ребята наверняка вертят хуями в «Чванливой лисе».
Подозреваемый смотрит на него, подняв руки.
– Не напрягайся, – говорит Док. – Знаешь, никому из нас уже не выкрутиться, так что давай работать друг с другом. Я могу это облегчить. Тебя отвезут в центральный обезьянник. Завтра тебе предъявят обвинение, и суд назначит тебе приличного адвоката.
«Или не назначит», – подумал Док.
– Максимум тебе припаяют два года.
Подозреваемый начинает всхлипывать.
– Эй, я понимаю. Ты просто хотел провернуть дельце по-быстрому.
Подозреваемый уставился на Дока с недоверием во взгляде, потому что он напуган и наверняка ненавидит копов.
– Это трындец, – говорит он.
Док слышит завывание сирен в направлении пересечения Вирджил/Темпл/Сильвер-лейк/Беверли. Поддержка на самом деле в пути. Если будет красный свет, у него еще есть время, пока патрульная машина сбросит скорость, чтобы разобраться в этом многополосном перекрестке со встречным движением.
Док достает сигарету.
– Мне такие вещи тоже радости не доставляют.
Он предлагает сигарету подозреваемому, который смотрит на него с опаской и качает головой, смаргивая слезы.
– Можешь опустить руки, – говорит Док, выдыхая дым. – У меня твое оружие, я знаю, что ты не опасен. Просто не делай глупостей. Но расслабься. Ты заставляешь меня нервничать.
Подозреваемый смотрит на него. И держит руки поднятыми.
– Расслабься, серьезно. Я передам тебя этим ребятам на оформление, машина уже в пути. И знаешь что? Я ненавижу отправлять людей в тюрьму. Ну, ладно тебе. Я приказываю тебе опустить их. Я вижу, ты хороший парень. Готов поспорить, это твое первое ограбление, поэтому ты так бездарно облажался. Опусти руки и перекури. Скоро эти ребята наденут на тебя наручники, и это тебе не понравится.
Глаза подозреваемого блестят от страха. Он начинает слегка опускать руки.
Вытирает мокрое лицо рукавом рубашки.
Помните эпоху, когда все носили такие спортивные рубашки в широкую цветастую продольную полоску и с оттопыренными воротниками? Вот такая была на подозреваемом.
Док ненавидел такие рубашки.
Подозреваемый полностью опускает руки.
– Вот и молодец, – говорит Док. – Постарайся не нервничать. Я знаю дежурного полицейского. Я попрошу его быть с тобой помягче. Возможно, ты даже выйдешь под залог сегодня ночью.
Подозреваемый не просто опускает руки, а сует их в карманы.
В тот миг, когда руки подозреваемого исчезают в карманах, Док стреляет ему в лицо. Дважды, целясь повыше.
Подкрепление прибывает через несколько секунд. Достаточно долгих секунд, чтобы Док успел заныкать наволочку с награбленным.
Приближаются два полисмена из центрального управления.
– Господи. Что тут случилось?
Подозреваемый завалился на решетку своей машины. За ним на капоте растекалось пятно крови.
– Я ему говорю: руки вверх, – говорит Док, – а он лезет в карманы. Я не собирался полагаться на удачу.
Он не знал, почему он это сделал. Тот гад, что насиловал своего сына, мог гореть в аду, но почему он убил этого парня?
Если бы парень сказал ему: «Зачем ты это делаешь?» – Док мог бы остановиться, потому что не знал. Но парень не мог сказать этого, потому что Док не дал ему время.
Он и его старый напарник, Хосе, действительно пытали одного типа, управляющего мужского клуба у шоссе 605, а когда они с ним закончили, то бросили тело около шоссе 710. Но тот тип изнасиловал подружку Хосе – что еще им оставалось? Пресса раздула большую шумиху по поводу пыток, но Док не псих, не серийный убийца. Он сделал это так, чтобы это выглядело как дело рук маньяка.
