Перед нами стоял самый обычный, потрёпанный жизнью мужичок, который выглядел так, словно только что сбежал с бухгалтерской конференции, где его отчаянно шеймили за неправильные балансовые отчёты.
— Здравствуйте, — сказал «Кассандра» и присел на свободный стул. — Вы не думайте, это не я себе такой позывной придумал… Всё ради конспирации.
— Да, про Андрея Петровича знают немногие, — подтвердил капитан. — А уж о том, что Кассандра — это именно он, знают единицы.
— Логично, — кивнул Сэм. — Такая сила… Насколько точны ваши предсказания?
— Время — тонкая штука… Предсказание — это не то, как вы думаете. Я вижу только варианты, которые меняются каждую секунду. Стоит мне лишь подумать о том, чтобы рассказать кому-то о будущем, — и оно тут же меняется.
— Линии вероятностей? — похоже, Сэм нашёл себе нового друга. — Как называется ваш атрибут?
Мужчина взглянул на капитана, и лишь когда тот кивнул, ответил:
— Тень будущего. Если кратко — я вижу лишь тени. Отголоски того, что может случиться…
— Так, — прервал я их диалог. Всё это было очень интересно, но куда интереснее то, что именно увидел этот предсказатель. — Давайте к делу. Потом обсудите, как работает атрибут.
— Да, действительно, — согласился капитан. — Андрей Петрович, расскажите, что вы видели.
— Да, в общем-то, ничего особенного… — замялся он, но под строгим взглядом капитана всё же собрался и продолжил: — Я видел огонь, исходящий от вас.
Он внимательно посмотрел на меня, но я даже не удивился — это и так было известно. Видимо, ничего нового мы не услышим.
— Я и раньше пытался заглянуть в ваше будущее… — продолжал Андрей Петрович. — Но оно оставалось закрытым. Лишь когда Хаос прорвался к нам, и открылся тот красный портал, появилась одна отчётливая «тень». И что самое странное — у неё нет альтернатив. Она не меняется.
— Как это? — удивлённо спросил Сэм, который явно уже успел проанализировать атрибут и понимал, как он работает. — Все пути ведут к одной точке?
— Именно, — кивнул предсказатель. — К месту, где всех нас поглощает пламя.
— И я бы хотел услышать твоё мнение, как нам этого избежать, — сказал капитан, серьёзно глядя на меня. — Буду откровенен: мы уже просчитывали варианты твоего устранения. Но все они приводят к одному и тому же финалу — смерти для всех нас.
И как тут быть? Рассказать капитану всё и ввести его в курс дела? Как он отреагирует на то, что от меня, по сути, зависит судьба не только человечества, но и тысяч миров, запертых в Циклах?
— Есть ещё одна важная деталь, — вмешался Андрей Петрович. — После появления красного портала я больше не вижу некоторых теней. Словно что-то мешает смотреть мне некоторые судьбы. Такое ощущение, что Хаос все же остался в нашем мире и теперь влияет на мой атрибут.
А вот это интересная мысль. Та самая, что подсознательно терзала меня всё это время, но до сих пор я не давал себе труда сформулировать её вслух.
Конечно, Система отрапортовала об успешном закрытии портала — всё, вроде бы, закончилось. Формально.
Но чем дольше я об этом думал, тем больше что-то внутри меня ерзало и скреблось, словно заноза под кожей. Слишком уж всё было… правильно. Слишком уж просто.
Не может быть, чтобы Хаос так просто ушёл. Не может быть, чтобы он действительно покинул этот мир. Возможно… он остался. Притаился где-то.
Ждёт.
И мой Хаос, который внутри меня, он откликается на эманации своего собрата, но пока слабо. Как же бесит, что это все не поддается никакой аналитике! Только собственными мозгами и догадками можно делать выводы.
Ну, будем тренировать мозги, что тут поделать. Иногда-то надо их включать и думать.
— Мой атрибут — ненависть, — произнёс я, не отводя взгляда от капитана. — Вы ведь уже вытянули всё, что могли из Ниты и торговцев Рынка?
Было бы глупо полагать, что капитан не воспользуется ситуацией. Он был умным, прагматичным, дальновидным — таким человеком, который мог бы выжать каждую крупицу информации о Системе, атрибутах и устройстве вселенной, за пределами нашего крошечного мирка. Он прекрасно знал, что информация — это сила, а если её можно получить, то нужно за неё бороться. Так что этот разговор был лишь очередным этапом, в котором он попытался бы достать всё, что мог.
— Конечно, — кивнул он, но его взгляд был напряжённым. Затем он нахмурился, пытаясь сопоставить мои слова с чем-то, что ему уже было известно. — Но что это должно мне сказать?
— Ненависть не относится к Аспектам Творца, — спокойно пояснил Сэм. — Это внешняя сила. Противник Порядка. Естественный антагонист Системы.
— Хаос? — капитан резко поднял голову, глядя на меня с новым вниманием, почти с опаской. — Но как ты…
— Я контролирую его, — сказал я. — Держу в узде за счёт характеристики «Воля», которую постоянно качаю. Но тот Хаос, что прорвался сюда через Разлом, — это нечто другое. Родственное моему… но дикое. Необузданное.
— Ты хочешь сказать, что обуздал Хаос? — скептицизм в голосе капитана был почти осязаемым. — Не слишком ли смелое заявление? Я видел, что делает Хаос с людьми.
