Пятница. Мечтая наконец-то попасть домой, Гермиона неожиданно встречает бывшего Пожирателя смерти. Это было последнее, чего ей хотелось. Точней, она так думала...
========== О поисках компромисса ==========
Это был долгий день.
Уже покончив с делами, Гермиона вышла в коридор департамента Магического Права и направилась в сторону лифтов. Сегодня она устала, и единственное, о чем могла сейчас думать, это бокал прохладного Совиньон Блан, который волшебница собиралась выпить, наслаждаясь горячей расслабляющей ванной. Она уже почти повернула к спасительному подъемнику, отчаянно пытаясь поскорее избежать мрачной и потому тягостной атмосферы министерских коридоров.
— Гермиона!
Раздавшийся за спиной знакомый голос Кингсли Шеклболта заставил остановиться. Внутри появилось противное предчувствие, что возращение домой откладывается. Но… министра магии игнорировать не стоило. Шаги его приближались, и (растянув губы в гримасе, отдаленно напоминающей улыбку) Гермиона обернулась.
— У тебя есть минутка? — поинтересовался тот.
— Кингсли, на самом деле нет.
— Поверь, это очень важно. Там ко мне пришел кое-кто, кому очень нужно увидеться с тобой, чтобы поговорить о новом законе, контролирующем хранение темных артефактов. Я знаю, что ты и сама хочешь поскорее завершить работу над ним, а этот человек как раз может помочь, — министр взял Гермиону под локоток и попытался направить ее по коридору в направлении своего кабинета, но получалось у него плохо: та вполне ощутимо сопротивлялась.
— А встречу нельзя перенести на понедельник? Я не хотела бы задерживаться сегодня допоздна.
— О-о… это не займет много времени, поверь, — Шеклболт настойчиво тянул Гермиону назад, и она с внутренним негодованием обнаружила, что подчиняется ему.
«Вот же эксплуататор несчастный! Мне не в ту сторону, я домой хочу!»
— Пойми, — на ходу продолжал увещевать министр. — У этого человека хранится множество артефактов, которые как раз таки нуждаются в постоянном контроле. В том числе из-за его собственного прошлого. Поэтому он согласился помочь нам довести проект до ума, но есть пара вопросов, по которым мы не можем прийти к согласию. Мне нужно, чтобы с ним поговорила именно ты. Извини, я не знал, что он придет сегодня. А он даже не удосужился предупредить, впрочем, я не удивлен. Это в его стиле.
Они уже подошли к кабинету министра, и Шеклболт открыл дверь, пропуская Гермиону вперед.
— Кингсли, не думаю, что прямо сейчас я смогу заняться обсуждением законопрое… — не договорив, она остановилась как вкопанная.
В кабинете у окна стоял Люциус Малфой.
— Что он здесь делает?!
— Что она здесь делает?
Гермиона Грейнджер и Люциус Малфой выразили свое удивленное возмущение одновременно, в один голос.
— Малфой, Гермиона… давайте все-таки вспомним, что война уже закончилась. И сейчас нам придется работать вместе. Во имя пользы дела.
— Нет, не придется! — заявила Гермиона и даже сделала шаг назад.
Но Кингсли ухватил ее за рукав прежде, чем волшебница успела выйти.
— Гермиона. Это ненадолго. Я просто хочу, чтобы ты разобралась в кое-каких вопросах.
— Отпусти меня… — негромко прошипела она.
— Просто поговори с ним. Это займет всего несколько минут, — Шеклболт выразительно глянул на нее, и в голосе его послышались стальные нотки.
— Ну, если не уйдет мисс Грейнджер, тогда уйду я.
Обернувшись через плечо, Гермиона посмотрела на человека, произнесшего эту фразу, и ощутила, как застарелая ненависть и отвращение снова поднимают в ней голову. Даже от звука его голоса по телу поползла какая-то странная необъяснимая дрожь.
— Боюсь, что тоже не вариант, Малфой, — теперь министр обращался к экс-Пожирателю смерти. — И ты это прекрасно понимаешь.
— На самом деле, это невыносимо. Направляясь сюда, я и не подозревал, что должен буду обсуждать какие-то вопросы с гря… — Малфой остановился, а Гермиона ощутила, как губы ее деревенеют от обиды. Еле заметно раздув ноздри, Люциус Малфой окинул пунцовеющую Гермиону возмущенным взглядом, пробежавшись им по телу с ног до головы, и закончил: — С этой сотрудницей министерства.
— Следи за языком, Малфой. За такие оскорбления нынче недолго и в Азкабан попасть, — предупредил Кингсли.
Малфой резко втянул в себя воздух и приподнял голову, пренебрежительно глядя на Гермиону сверху вниз. На долю секунды ей даже показалось, что снова превратилась в двенадцатилетнюю девочку, столкнувшуюся с этим чванливым магом во «Флориш и Блоттс». Вот только теперь она не испугалась. Наоборот. Гнев — вот что становилось в ней сильней и сильней с каждой минутой. И Гермиона Грейнджер смотрела на него с точно такой же яростью, что и много лет назад.
— Так… Почему бы нам всем не присесть? — в голосе министра прозвучал сдержанный оптимизм. Он осторожно прошел к длинному столу для совещаний, стоящему в центре кабинета и отодвинул стул, несколько умоляюще оглядываясь на Гермиону.
«Понятно… Если я откажусь, то возвращения домой это по-любому не приблизит…» — она громко фыркнула и тяжело опустилась на предложенное место.
Шеклболт кивком указал на стул напротив.
— Мистер Малфой, пожалуйста, присаживайтесь.
Тот усмехнулся.
