Очередное невероятное и опасное приключение Конана-варвара. Отправившись за сокровищем, согласно древней легенде проклятым стигийским магом, знаменитый киммериец встречается и с грозным драконом, охраняющим пещеру с кладом, и с коварным чародеем, и с заколдованной змее-женщиной… Но Конан – на то и Конан, чтоб всех победить, обхитрить, и… в себя влюбить!
Конан: неожиданное решение!
Чёртов дракон выпустил-таки из раззявленной пасти обжигающую струю огня! Ого! Настоящий водопад! Полыхнуло так, что будь здоров!
Конан еле успел отскочить в сторону, кинувшись наземь, и перекатившись. Но, как оказалось, только для того, чтоб снова ринуться обратно – уворачиваясь от новой струи!
Воздух в крохотном пространстве ущелья перед пещерой мгновенно стал обжигающим, словно в полуденной пустыне. Стало трудно дышать, и обнажённый торс и ноги варвара тут же покрылись капельками пота.
Однако поскольку на этом мерзкая серо-зелёная бородавчатая тварюга останавливаться явно не собиралась, злобно рыча, переступая массивными тумбами когтистых лап, и снова распахнув сундук здоровенной пасти, а спрятаться от залпов ревущего, словно стадо разъярённых слонов, пламени на узком пятачке было негде, пришлось срочно…
Покинуть поле боя!
Попросту ломанувшись со всех ног назад. И стараясь только не царапать плечами и прочими частями тела по острым камням узкого извилистого прохода, по которому варвар подбирался к пещере.
И всё равно: вдогонку тварь полыхнула так, что у Конана
Невольно киммериец с раздражением подумал, что о роскошной смоляной гриве можно теперь забыть: будет он ходить месяца два «подпаленным», словно какой поросёнок, и со «стрижкой» на затылке, словно его пристукнули пыльным мешком. Пока волосы снова не отрастут до приемлемой длины, и выгоревшие не сменятся чёрными, придётся носить какую-нибудь повязку: чтоб не давать повода для насмешек. Хотя Конан очень хотел бы посмотреть на того, кто решился бы над ним посмеяться.
За горячо любимый и тщательно оберегаемый зад варвар не беспокоился: словно знал, или подозревал, что что-то такое может случиться: заранее сменил привычные полотняные штаны на любимую боевую, толстую, кожаную повязку. Уж она-то видывала чего и покруче! А при случае могла и спасти – например, от рубящего удара сабли.
Пыхтя и недобрыми словами поминая дракона, его судьбу, и всех его родственников, Конан продолжил отступление уже ш
Вот ведь чёртова тварюга! А Саллах ведь предупреждал о ней. Но Конан как всегда посчитал размеры в пятнадцать футов в холке – сильно преувеличенными. И весьма, как оказалось, самонадеянно, решил, что прекрасно справится и в одиночку. Быстро и просто!
С мечом в руках войдя в проход, и отрубив твари башку!..
Но для того, чтоб пустить отличный клинок хайбарской стали в дело, и «отрубить», нужно хотя бы добраться до того места на теле врага, которое можно и нужно рубить! То есть – до шеи. А тварь, похоже, изо всех сил старается как раз этого и не допустить. В чём её винить никоим образом нельзя: жить-то хочет и дракон!
И что теперь прикажете делать?
Днём, когда он, бесшумно подобравшись по узкому, только-только пройти одному, проходу-ущелью к устью пещеры, осторожно выглянул из-за поворота, дракон вовсе не спал. Развлекаясь тем, что играл со своим же, хлыстообразным на кончике, хвостом. Вечером снова подкравшийся Конан видел, как монстр зевает, и пофыркивает, щуря глаза, и с подозрением косясь в сторону прохода – возможно, хоть и ветер дул как раз от дракона, всё же какие-то крохотные частички запаха человеческого тела достигали сверхчувствительных ноздрей твари.
Однако вот минула полночь летней тёплой ночи, и киммериец, решивший что когда-то же монстр должен спать, отдыхая от трудов по охране пещеры, бесшумной тенью, вымазав тело чёрной угольной пылью, двинулся на прорыв, но…
Не тут-то было! Упрямая скотина всё так же лежала на пороге своего логова, помаргивая открытыми глазами на полную луну. Пришлось подождать ещё пару часов… Но закрытые теперь глаза монстры, как выяснилось, вовсе не гарантировали крепкого её сна!
И счастье ещё, что чудище оказалось не столь изощрено и коварно: голова, расположившаяся всё так же на пороге, открыла глаза ещё до того, как Конан подошёл на расстояние «убойного» залпа! Благо, варвар успел ещё и отскочить назад: туда, где проход перед входом в тёмное жерло чуть расширялся.
Теперь первоначальные, весьма оптимистичные и примитивные планы Конана – «приду, увижу, башку снесу!» – накрылись медным тазом. И нужно срочно придумать что-то новое. Не столь красиво и громко звучащее, а более реалистичное и действенное. Хотя бы для того, чтоб не отвечать пот
Невольно киммериец, вышедший наконец на широкую и полого спускающуюся к реке равнину, над которой занимался рассвет, сплюнул с досады: теперь придётся снова разжигать костёр, ужинать, или, скорее, завтракать остатками еды, и думать. Как одолеть здоровенную, резвую, и находящуюся постоянно настороже, непонятно когда спящую, и плюющуюся настоящим и чертовски жгучим огнём, монстру.
