Но тем не менее путь такого типа реформ в 1991 году был абсолютно закрыт, когда к власти пришло правительство Ельцина – Гайдара, но уже в России, потому что СССР распался. И распалась государственная машина. В начале в России вообще государства никакого не было, отсутствовали многие традиционные элементы государства, его базовые институты. Россия своей собственной экономикой никогда не управляла, российской экономикой всегда управляли союзные министерства. У нее не было ни государственного банка, ни таможни, ни полноценного Министерства иностранных дел. Немного утрирую, но Козырев с двумя своими секретаршами в очень малой степени мог претендовать на роль серьезного внешнеполитического ведомства. Валюта была общая с другими республиками, и, как уже говорилось выше, они все могли печатать рубли. Армии не было. Границ не было. Внешние-то границы оставались с несколькими странами, а границы, например, между Россией и Эстонией, Россией и Украиной – их практически не было. Знаете, как они иногда определялись в советское время? Решением местных сельсоветов. Это же были административные границы территорий внутри единой страны. Решение в двух сельсоветах принималось примерно так: вот от этого столба до того – твоя территория, а от того столба до следующего дуба – моя. А потом вдруг в какой-то момент оказалось, что это государственная граница. Вот и все.
Миф второй. Мне-то он кажется вообще комичным, и меня весьма удивило, что очень многие участники тех событий, включая некоторых собеседников нашего цикла, говорят о нем абсолютно серьезно. Речь о том, что враждебный развитой западный мир сознательно не помог СССР в трудную годину, и прежде всего финансово. А мог бы. И в этом контексте всегда поминается план Маршалла – того самого Джорджа Маршалла, госсекретаря США, автора плана экономической помощи Соединенных Штатов Европе в конце 1940-х годов[129]. И о том, что хотя бы часть того объема помощи спасла бы страну, спасла бы ее экономику и дала ей возможность продышаться в тяжелый момент. Хотя лично мне эта коварная мотивация представляется не вполне правдоподобной: «злобный» Запад боялся обвала ядерной империи едва ли не больше, чем мы сами…
Вы знаете, этот упрек, безусловно, справедлив. Только отнес бы я его не к тому времени, о котором вы говорите, а к 1992 году. Вот если бы правительству Гайдара предоставили не миллиард долларов на все про все – и «гуляйте по буфету без всяких ограничений» (я не имею в виду связанные кредиты, которые нам удалось раскупорить после того, как они были заморожены из-за путча, – я сам этим занимался), а реальную помощь, хотя бы те 24 миллиарда долларов – скромнейшую сумму, которая была анонсирована, но так никогда и не была предоставлена, то, поверьте мне, вы бы жили сейчас в другой стране, с другой экономикой и, может быть, и с другой политической системой.
Что касается того, что эта помощь не была предоставлена СССР… Ну, в общем, это не совсем справедливо. Об этом говорят скупые цифры. Да, не было аналога плана Маршалла, но к плану Маршалла не было готово и советское руководство.
Вы имеете в виду то, что оно не было готово идти на политические уступки?
Нет, речь не о политических уступках, совсем нет. План Маршалла это не просто «раздача», это не была гуманитарная помощь. Гуманитарную помощь СССР получал, кстати, в больших количествах. Фарс ситуации состоял в том, например, что великая Советская армия, победительница во Второй мировой войне, на каком-то этапе снабжалась продовольствием из гуманитарных посылок с консервами бундесвера[130]. Трагедия, похожая на фарс…
